Крещённые небом. Издание второе

А на следующий день пришли товарищи и сослуживцы Андрея и сказали страшное: «Мужайся…» Так далёкий вроде бы Дагестан шагнул на порог скромной московской квартиры.

Жить ей не хотелось. Приехавшая из Смоленска мама помогла выйти из этого состояния, нашла нужные слова: «У тебя есть сын, надо жить для него». Анина мама любила Андрея, звала сыном. Впрочем, все его любили: он был настоящим мужчиной и просто хорошим парнем.

Хотя и прошло время, ничего не забывается. Аня, листая альбом с фотографиями, повторяет: «Вот он, мой Андрей, видите?» Она гордится мужем, хранит его грамоты и, конечно, награды: орден «За службу Родине в Вооружённых Силах» III степени, медали, именные часы от министра обороны СССР, последнюю награду – орден Мужества.

В квартире на Мичуринском проспекте, куда в конце 1990-х переехали Киселёвы, везде портреты: Андрей в форме, Андрей с маленьким сыном, Андрей с друзьями, с женой. Никита знает папу по фотографиям.

…Накануне трёх лет со дня гибели майора Киселёва Никита вечером вдруг сказал: «Мама, давай поедем к папе».

В домашнем альбоме Киселёвых есть фотография, на которой Никита запечатлён в папиной маске – чёрной, с прорезями для глаз. Было время, когда «Альфа» воспринималась как обезличенная, но грозная сила. Теперь страна знает в лицо её командиров и наиболее выдающихся представителей, уже ветеранов. А вот действующие сотрудники подразделения становятся известными широкой общественности только после смерти, честно и до конца выполнив свой долг.

Ольга ЕГОРОВА

По долгу дружбы

Майор ВОРОНЦОВ Виктор Михайлович (1962–1996)

Майор Виктор Воронцов погиб в селе Первомайское, когда операция против диверсионного отряда Салмана Радуева, затянувшаяся на долгие десять дней, была уже практически завершена[65 - Подробнее об этой операции читайте в очерке, посвящённом Андрею Викторовичу Киселёву.]. Он ушёл из жизни 18 января, в день своего рождения. Он хотел отпраздновать его по возвращении – с супругой Ниной, чей день рождения, пришедшийся несколькими днями раньше, они тоже не успели отметить, и одиннадцатилетним сыном Костей.

Впрочем, своей судьбой Виктор Воронцов всегда распоряжался сам. И о принятом ещё в детские годы твёрдом решении стать военным, и о крутом повороте в своей карьере, который привёл его – уже на четвёртом десятке – из кабинета в аэропорту Шереметьево-2 в оперативно-боевой отдел Управления «А», он никогда не жалел.