Четвертый месяц осени

– Что говорит, лишь о том, что ты больше не член академии, однако, ты носишь один из легендарный клинков и это, в том числе, делает тебя членом личной гвардии короля. – Неужели, Бушмейстер, именно поэтому, заставил меня оставить клинок при себе и что это еще за правило такое о членстве в королевской гвардии, первый раз слышу.

– Я не слышал о том, что этот клинок делает меня членом личной гвардии короля, такого точно нету в уставе.

– Я позволил себе внести некоторые поправки в него. Я считаю, что лучшие войны всегда должны быть при короле.

– Думаю, моя отставка распространяется и на это тоже.

– Да, но только если она подписана королем. Хитрый Оксандер похоже все предусмотрел.

– Значит я буду саботировать службу, если есть желание, можешь распорядиться посадить меня в темницу. Тем более, что король явно не обрадуется твоему исправлению устава, – принц еще явно не готов, управлять королевством, если считать допустимым изменять все, что ему вздумается.

– Не горячись ты так. У меня есть просьба к тебе, выполни ее, пожалуйста, и как отец вернется, он подпишет твою отставку, – неужели, он придумал всю эту историю с уставом, чтобы только заставить меня сделать что-то?

– Что за просьба?

– Пожалуйста, доставь мое письмо Катарине.

– У тебя ведь есть куча посыльных? Зачем просить меня заниматься работой посыльных?

– Ты знаешь ее лично, и я не могу доверять никому, кроме тебя.

– Что же такое ужасное кроется в этом письме?

– Я не могу тебе сказать. Это личное и касается только меня и ее.

– Тогда почему я должен это делать?

– Потому, что ты мой друг, – очень удобный ответ.

– Зачем было врать про устав?

– Ты уже понял, что это была ложь?

– Это более, чем очевидно.

– Я был уверен, что ты не согласишься.

– И был прав, тем более почему я должен согласиться теперь?

– Потому что кроме тебя никто не может этого сделать, – лицо принца было очень грустным, то что он скрывает от меня явно причиняет ему страдания. Но должен ли я влезать во все это?

– Подпиши мою отставку, и я выполню твою просьбу.

– Он не оставил мне таких полномочий, но я клянусь королевской честью, что он это сделает, как только прибудет сюда.