Род Крыловых

Он успел закончить лишь три класса начальной школы. Во время войны его школа эвакуировалась в глубокий тыл, но отец не поехал с классом в эвакуацию. Поэтому во время войны он не учился. Сначала «болтался» с дружками по городу, озорничал и чудом не попал в тюрьму. Рассказывали, что многие его друзья в конце концов попали в тюрьму. Отец был сильным и шустрым мальчиком, прекрасно играл в футбол, но очень был привязан к дому. Отец рассказывал, как он с друзьями (Леонид Немировский) воровал возле магазинов хлеб. Это было в 41 году осенью.

Гусь устроился в булочную на Рождественской улице недалеко от дома. Леонид Немировский, его двоюродный брат, часто приходил на Кузнецкий к Аркадию и Виктору (гусям).

Немного о Леониде Немировском. Леонид Эмильевич Немировский, 1931 года рождения, – сын тёти Вали, родной сестры моего деда Крылова Константина Васильевича. В 1941 году его хотели эвакуировать вместе со школой, но он сбежал. Потом его и его маму, тетю Валю пристроила у себя молочница в деревне Строкино, станция Хрипань по Казанской дороге.

Он там заболел брюшным тифом. В 41-42 году в Москве школы не работали. Леонид часто оставался ночевать у Крыловых. Во время войны ребята иногда воровали хлеб в булочной. Мой отец знал, когда приходил фургон с хлебом в булочную. Он лез под фургон, Леонид стоял «на шухере», а Гусь, будучи грузчиком в булочной, разгружал хлеб, при этом незаметно сбрасывал на землю буханку хлеба.

Во время войны мой отец какое-то время работал подсобным рабочим в филиале МХАТа и как-то во время спектакля у отца нечаянно выстрелил пугач.

За это отца уволили с работы. Потом он работал где-то учеником токаря.

Моя бабушка, Крылова (в девичестве Крастина) Лидия Ивановна после ареста в 1937 году своего мужа, моего деда, Крылова Константина Васильевича, стала работать в ателье и шить плечики на рисовой пудре. Это были уникальные плечики. Я их помню. Когда я был маленький (в пятидесятые годы), дома в хозяйстве моей мамы и бабушки их было немало. К моей бабушке приходили за плечиками даже артисты из Большого театра.

Уже в конце войны отец стал работать помощником у шофера хлебной машины. Следил за тем, чтобы никто не воровал хлеб, помогал разгружать хлеб. Работа эта была неформальной, но зато отец мог вместе с шофером заезжать на хлебозавод. Делалось это так: перед въездом на завод отец залезал в кузов машины и незамеченный охраной попадал на завод. Там, пока загружали машину, можно было вдоволь наесться хлеба.