Третий тайм

Я же Корчагин, говорят!

А он, может это и не нужно?

И вот тут я и подумал, что он прав. Академия под боком. Работу найти не очень легко. Пусть молодые работают.

В общемЮ, больничный. Отпуск. Больничный.

Вот в 52 я второй раз на пенсию ушёл.

Подписали мне рапорт. Я выхожу на улицу. Как-то не очень, чтобы очень. Но иду мимо стоянок машин наших лётчиков.

Мне то, теперь медкомиссию на права уж не пройти. 2 года как права кончились.

Вдруг около меня машина останавливается, и парень из наших пилотов говорит

–Садитесь!

–До остановки только.

–До дома Вас довезу.

В Авиации нет Вы. (правда я с Командирами, которые старше меня был на Вы. Дедушка Русской Авиации) Я ему и говорю, мол, что ты на Вы.?

А он, не могу я на “ты”. Правильно, чего насиловать.

Вот так и отыграл я второй тайм. Нормально.

Повезло, до того, как заболеть я успел отлетать почти четверть века и получил максимальную пенсию за выслугу длиной почти полвека.

Начинается третий тайм.

Я был болен одной из самых страшных болезней -рассеянный склероз.

Тут ничего не болит, но ты, ничего не можешь делать. А я ещё немного летом на велосипеде ездил до 15 года и плаваю 250-300 метров.

На самом деле болезнь не научатся лечить никогда! Когда мне было лет 20, я сказал своему другу, что всё в мире основано на сравнении, и мы ничего не изобретаем, а лишь берём у природы. Именно по этой причине, мы никогда не изобретём ничего совершеннее, чем свой собственный мозг! А это болезнь мозга! Следуя моим мыслям, следует, что вылечить эту болезнь можно, вылечив ее только самому! Правда, методики я пока не знаю.

Когда ещё летал, то заменить Ту-134 было нечем, потому, что денег не было. Поэтому скупали и брали старые Ту-134. Проверяли, конечно. Знаете, что на первое смотрели?

–На электропроводку. Если, где повреждение увидят, самолёт не брали. Это летающая катастрофа!

Электропроводка длиной, примерно от Питера до Москвы! Её никогда не меняют.

А рассеянный склероз-это нарушение миелинового покрытия. Это как грифель в карандаше. Если деревянная оболочка карандаша сломана, то и грифель сломается. Вот самолёты с нарушенной оболочкой проводки и болели, можно сказать рассеянным склерозом. Их не лечили, не ремонтировали.

Вот в такую же ситуацию я и попал.

НА ДАЧЕ

Август почти закончился. А август, как известно, Паустовский сказал, “Это ещё лето, но уже и не лето.