Невыдуманные истории

Старшина прошел по окопам и дал зуботычины нескольким паникерам. Я за это его не осуждал. С паникой в любом ее проявлении надо бороться сразу и искоренять ее, как заразу.

Я крикнул по окопам: «Стрелять, как в тире, не спеша, один выстрел – один мертвый фашист. Мы их не звали, это наша земля!»

Пока ребята держались уверенно и стойко. Как будет дальше, покажет время. Хотелось надеяться, что мы подготовили их достаточно хорошо.

Немцы пошли вперед лавиной из тридцати средних и легких танков. По два танка с каждой стороны провалились в волчьи ямы, и бойцы закидали их бутылками с зажигательной смесью.

Еще три танка подожгла наша артиллерия, которая после первых залпов быстро поменяла места своей дислокации и затаилась.

За танками шла пехота, мы ее отсекали, подожгли еще четыре танка гранатами и бутылками с зажигательной смесью. Опять вступила в бой наша артиллерия, и двумя залпами снова подбила три танка. После таких потерь утреннюю атаку немецкая сторона закончила. Видимо, поехали обедать.

Я бросил все силы на то, чтобы снять с танков пулеметы. Кроме этого, из тех танков, что не успели полностью сгореть, мы вытащили снаряды, которые использовали как мины-фугасы, заминировав подходы к нашим окопам. Наши соседи тоже пока держались. Над полем боя стоял смрад от горящих танков, клубы пыли и запах крови.

Вдруг на наши позиции налетели немецкие самолеты. Это были бомбардировщики. Они обрабатывали наши окопы минут сорок. Одна партия самолетов сменяла другую. Позиции были смешаны с землей.

Несмотря на то, что нам удалось отсидеться во второй линии обороны, потери были очень большие.

В два часа дня танки пошли снова. Благодаря минам, ловушкам и отваге наших бойцов, мы сожгли еще девятнадцать вражеских машин и уничтожили до батальона пехоты. С наступлением темноты немцы прекратили атаки. У нас появилась передышка до утра.

Жара спала, дышать стало легче, чадящие танки потихоньку потухли, только трупный запах и запах гари еще остался. Передышку использовали, чтобы перебинтовать раны и немного отдохнуть.

Тяжелых и средней тяжести раненых отправили в дивизионный медсанбат. Меня тоже ранило в плечо, но пока обошелся перевязкой.

С утра опять наши позиции начала обрабатывать авиация. На этот раз налет длился полтора часа. С землей смешали все. От роты осталось 59 человек, в других ротах – еще меньше. У меня еще сохранилось два орудия. Когда началась новая атака, заработали все 25 пулеметов, снятые с подбитых танков.