Проданная невеста

Она обрадовалась возможности избавиться от лишнего рта и лишних расходов на шестнадцатилетнюю сироту. Тем более, что она получила немалую по её понятиям сумму.

– Двести двадцать таньга дал ей торговец из Хуснабада, он там большой человек, – сообщил Саид. – Расписку взял. Ну, известное дело, писать Бибихон не умеет, она поставила закорючку на бумаге.

Услышав такое, Джамшед сразу же бросился наперерез торговцу, увозившему его невесту. Мчался нехожеными тропами, через бывшие селевые потоки, оставившие скопище камней и обломков скал, продираясь сквозь колючие кусты шиповника, барбариса и джиды.

Пробежал прямиком по зеленому глиняному склону со множеством красивых тюльпанов, которые топтал, равнодушный к их алой красоте. По пути спугнул серну, которая тут же умчалась и скрылась в узком ущелье…

Не испугался овринга – висячих мостков, устроенных на отвесной круче: в скалы были вбиты колья из крепчайшей арчи, на которые сверху уложили плетёную дорожку из ветвей кустарника и крупных жердей.

Пробежал опасное место, придерживаясь руками за каменный склон, помня известные слова о том, что путник беспомощен на овринге, как слеза на реснице. Далеко внизу шумел стремительный речной поток, бьющийся о многочисленные валуны. Далее начиналась обычная тропа.

Спешил изо-всех сил, но всё же опоздал. Совсем немного, но опоздал…

Поднялся и сел, уныло склонив голову.

– Хорошо, что ты его не догнал, – сказал Саид.

Джамшед резко выпрямился в гневе, а друг продолжил:

– Подумай, что было бы в таком случае? Если бы ты отнял Мавджигуль или причинил вред торговцу, то уже завтра бы за тобой пришли стражники.

Схватили бы и бросили в зиндан. Потом состоялся бы суд и кази вынес бы беспощадный приговор. Ты это знаешь. Мавджигуль бы не спас и сам бы погиб.

Осознав жестокую правду, прозвучавшую в словах друга, Джамшед замотал головой, с которой слетела потёртая тюбетейка, сдержав рвавшийся наружу стон. Отвернулся, дабы Саид не заметил полившихся из его глаз слёз.

– Ты же помнишь, что было с Ахмадом?

Джамшед закивал: ну, ещё бы! Он хорошо помнил, как минувшей осенью сосед Ахмад не выдержал наглого вымогательства сборщика налогов, прогнал его пинками, а на следующий день явился отряд вооружённых стражников, схватил смельчака и увёл из кишлака. Больше его никто не видел. Узнали только, что он был брошен в зиндан, и ничего из того, что с ним случилось дальше.