Огонь веры

Переставляют фигурки на игральной доске, и ради чего всё это? Что такого получил Заруфир за жизнь Деолины? А Эугрот за войну Древних? И что получает Господь от жизни людей? Неужели только вопрос во власти? Кто больше всех почитаем, тот стоит выше всех. В этом цель борьбы великих сущностей меж собой – обрести как можно большую власть.

Такой вывод сделал для себя лукрецианский монах вечером, наблюдая оранжевый закат над лесом Эгер из окна кельи. Ему стало жалко всех этих великих существ. Их сила так огромна, а стремления столь ничтожны.

Часть вторая

Глава шестая

Похороны

Тусклое солнце стояло низко, и ветер гнал серые облака по небу. Только что прошёл холодный дождь, и ломкие хлопья снега, выпавшего утром, покрылись тонкой ледяной коркой. Дети из деревень разламывали корку, и, доставая до мягкого снега, лепили упругие снежки, и кидали ими друг в друга.

Раздался одиночный стук в дверь, и сразу за ним – тишина.

– Войдите! – велел человек, стоявший у окна. Так стучал только Рантус Септ – старший из братьев-монахов, и, действительно, это оказался он. Хозяин кельи посмотрел на него из-за плеча.

– Брат Лит, до нас дошла горестная весть, – после этих слов он скорбно опустил глаза.

«Кто-то умер… Кто-то, кого я знал…»

– Брат Лит, владыка ордена вчера преставился… Будь милостив к нему, Рыбак! – Септ помянул пророка Илию, как это было принято только в империи.

«Учитель Гирт скончался… Что же, это было неизбежно…», – отрешённо подумал Лит и наконец повернулся к Рантусу Септу полностью.

– Благодарю, брат Рантус, за весть, хотя она и разрывает мне сердце, – тихо молвил монах. – Господь снова испытывает нас, но будем же достойны его милости. Будем молить Его об упокоении владыки Гирта и о том, чтобы наш орден возглавил достойнейший, хотя такого, как владыка Гирт, мы уже не отыщем…

Рантус Септ опять опустил лицо и после чего вышел вон из кельи брата Лита, а тот снова повернулся к окну.

Лит взял свой посох и вышел вслед за Рантусом Септом, который шёл прямо в алтарную комнату. Смерть главы ордена – это великое горе, и она требует особой службы.