Оккультные миражи

Чуешь?

– И как же найти теперь твоего кудесника?

– Кружок надо сделать небольшой через село Варваровку, – отозвался тот.

– Так, это же целых тридцать километров будет! – воскликнул Захаров.

– Да на таком коне мы мигом обернемся.

– А ответ перед Морозовым держать?

– Да мы мигом! Зато сразу многое проясним для себя, – пробормотал Смирнов.

– Думаешь он и насчет пса моего, тоже что-то подскажет?

– Все может быть. Чем черт не шутит?

– Он там, что постоянно живет? Там домов то осталось штук десять.

– Живет теперь постоянно, вдали от суеты. С детьми видится редко, все с женой по хозяйству «колотятся».

– Ну ладно, капитан, уговорил… Если мигом, то вези к своему кудеснику, глядишь и вправду глаза на мир «откроет».

– Или подскажет что?

Визит, который они сделали на ближайшее почтовое отделение, подтвердил их худшие опасения: за Зайцевым следили. О подозрительного вида человеке, толкавшимся рядом с капитаном, вспомнили оба работника почты. Самым неприятным оказалось то, что у звонивший сотрудник держал в руке не большой коричневого цвета портфель, о котором уверено, заявили обе женщины.

Портфель, которого не оказалось при осмотре трупа, в котором могли быть только бумаги Андрейченко.

Село Варваровка с ее разбитой дорогой встретило их пустыми глазницами давно заброшенных ферм, полями, заросшими чертополохом, покосившимися от времени деревянными домиками. Стоящими на ветру среди разобранных до основания домов казались забытыми всем человечеством. Казалось, что жизнь замерла в этом забытом богом месте уже навсегда.

Дом кудесника, стоящий на когда-то главной улице деревни среди развалин, мало, чем отличался от домиков, в которых еще теплилась жизнь. В лице забытых всеми пенсионеров, которые доживали свой век вдали от цивилизации наедине со своими болячками да проблемами, и вся их радость теперь сводилась к редким визитам детей и автолавке.

– Как Мамай прошел, – пробормотал Захаров, глядя исподлобья на унылый пейзаж проплывающий мимо.

– В свое время людей заставили выращивать кукурузу, учили, когда сеять, когда убирать, а когда довели их хозяйство «до ручки», то объявили деревню не перспективной. Нормальная совдеповская история, – вздохнул, отозвался Сергей. – Ну, вот, кажется, и приехали.

– А ну стойте, где стоите, – раздался вдруг чей-то голос из-за высокого забора. – У меня «жаканы» в стволах.

– Да это я, Петр Тимофеевич, Смирнов! В гости приехал с другом, мяска прикупить.