Выход на «бис»

Что ж, Гагарина тоже забрасывали на орбиту с готовностью при провале миссии наглухо закрыть любое упоминание о попытке и о прямом исполнителе соответствующим грифом. Но это так, к слову. Тут другой по масштабу случай. И там, где затронуты большие стратегические и геополитические замыслы, афишировать лишним никто не станет. Ставки здесь на самом высочайшем уровне».

Ещё за сутки до подхода к Сейшельским островам командиром корабля будет вскрыт секретный пакет, содержащий чрезвычайный приказ Генштаба.

Свои инициирующие инструкции получит находящийся на крейсере офицер особого отдела – полковник КГБ, назначенный в предстоящей миссии ни много ни мало официальным делегатом от высшего управляющего органа СССР.

И на данном этапе непосредственно на самом корабле в курсе всего дела будут только они двое. Для остального личного состава, включая старших офицеров боевых частей, старпома и заместителя командира по политической части, ситуация будет доведена уже по факту произошедшего.

– Я бы даже сказал свершившегося! – заметит тогда «просевший» в глубоком раздумье и, что уж – в прострации, Скопин, – и весь экипаж, получается – «играть втёмную». Оставляя в неведении до последнего момента «здесь», и только по успешному переходу – «там»… Представляю, каково им это будет – осознать и принять «переход». Переход во времени, пространстве и… кто его знает, с каким ещё эффектом.

– Эпопея-опупея, – флегматично поддакнул особист.

Капитан 1-го ранга лишь склонил голову…

Поначалу, будучи повязанным стереотипами (гэбня и прочее), он воспринимал назначенного на крейсер офицера особого отдела очень так, предвзято. Затем немного, как говорится, обтёрлись, и отношения в целом сложились почти доверительные. Конечно, больше вызванные общими секретами. Ещё каперанг подозревал, что непринуждённость полковника была порой искусственной. Но это уже тонкости…

Так или иначе, планируя, организаторы операции-эксперимента учитывали и такого рода шероховатости, как реакция участников на стресс.

Во-первых, экипаж в этот поход комплектовался с особым тщанием – подбирали людей с устойчивой психикой, не обременённых семьёй и наличием детей. Уж насколько это было возможно.

За этой предусмотрительностью командир корабля видел два оправдания: радикально – в штабе планирования не исключали «дороги в один конец».