Слово атамана Арапова

 – Как токо вы отъехали, так нехристи и объявились! Ужо давеча все Хоспода слезно просили, штоб не напали на лагерь басурмане каянные! Оне ведь…

– Где оне? Скоко их? – Задавая вопросы, Гавриил двинулся вперед, потянув за собой коня. – Как далеко расположились оне от нашего стана?

– Числа их не счесть, – принялся отвечать караульный по имени Степан, лица которого Нюра, как ни старалась, так и не смогла разглядеть в темноте. – Свой лагерь оне на другом берегу реки расположили супротив нашего. Гикают, скачут, но к нам покедова не суются…

– Пошто?

– Ня знай.

Смекаю, узрели схорон наш у брода и не спешат на рожон идтить.

– Айда поглядим.

Гавриил вскочил на коня, и вскоре весь отряд рысью мчался к невидимому в ночи лагерю.

Скоро они подъехали к окруженным повозками шалашам на берегу реки и поспешили к костру, вокруг которого толпились люди.

– Ой, Гавриилушка возвернулся! – Стоявшая у костра высокая худощавая женщина при виде старца встрепенулась, раскинула руки и бросилась навстречу. – Ой, слава те, Хосподи, што ниспослал добрый путь и…

– Цыц, Марья, – Гавриил бросил в руки женщины поводья и, уклонившись от ее объятий, подошел к костру.

 – Авдей… Где Авдей, спрашиваю?

– Авдей переправу у реки сторожит, – охотно ответил из толпы мужской голос. – Щас зараз за ним сбегаю.

Трапезничали в темноте, так как по требованию Гавриила женщины быстро затушили костер. Затем Марья, не задавая лишних вопросов, отвела Нюру в шалаш и уложила на мягкую травяную постель, а сама ушла к людям, которые, позабыв о сне, продолжали толпиться у тлеющих углей.

Девушке не спалось. Блуждающая по лагерю тревога передалась и ей, отчего сон сторонился ее уставшего тела. Ворочаясь с боку на бок, она пыталась расположиться поудобнее, чтобы расслабиться и уснуть. Но гул встревоженной толпы не давал ей покоя, и Нюра решила отдаться во власть воспоминаний, как того требовало истосковавшееся по родительскому дому сердце.

Едва вспомнив Яицк и отчий дом, Нюра уснула. И приснился ей странный сон, который вряд ли взялась бы объяснить даже соседка Агриппина, известная толковательница.

Девушка видела степь. Выжженную солнцем, но по-прежнему любимую. А еще приснился Степка, но видела она почему-то только его спину, а не улыбающееся доброе лицо, как бы хотелось.

Они шли полем. Все явственнее слышался глухой и злобный рокот, будто сыпались с обрыва камни. Но гор поблизости не было, а рокот был несмолкающий, упорный. Что это? Водопад?

Они вышли к реке.