Осколки потерянной памяти

Если он соберется куда-то уезжать, будет отпрашиваться на работе или заказывать билеты, сразу же сообщай мне. Особенно если парень вздумает навестить свою Россию.

– Хорошо, сделаю всё, как ты говоришь.

Отец Глебки хохотал и, размахивая руками, кричал им из невозможной высоты чистого весеннего неба что-то весёлое.

Другие люди, мама в домашнем халатике, он сам, совсем ещё маленький тогда Глебка, соседи по двору, молча стояли у подножия мрачной пожарной лестницы, а его отважный отец ловкими прыжками бежал по краю гулкой крыши, изредка оглядывался, радуясь бледным лицом и сверкая в их сторону улыбкой белых зубов.

Внизу, под ногами толпы, последний тёмный снег ещё тонул в частых мутных лужах, а стремительному побегу отца к чердачным окнам соседних домов нисколько не мешали ни короткий модный плащ, ни узкие брюки, ни опасно лёгкие блестящие ботинки.

Ярче всего Глебка запомнил развевающийся на ветру светлый шарф отца.

Растолкав людей, к лестнице гурьбой бросились милиционеры.

Почему-то все короткие, кургузо перетянутые ремнями поверх шершавых серых шинелей, краснолицые, они с брызгами расплёскивали чёрными сапогами по сторонам мокрый снег. Один из них, безобразно ругаясь, вдруг начал стрелять вверх, в отца, из пистолета.

Отец остановился и с презрением свистнул в сторону врагов.

Страшно закричала, зашаталась и упала без чувств, лицом в холодную лужу, мама.

Две вещи долгие годы хранились особо в дальнем ящике домашнего комода.

– Поймали нашего отца в этот же день, на окраине, милиционеры злые на него были, били всяко, даже сапогами…

Особенно необходимой жизнь в городе становилась летом.

Глебка искренне считал, что ему очень повезло: совсем рядом с их домом были три библиотеки, а в далёком конце улицы – та самая, большая, река Волга.

Никто не мешал ему в домашнем одиночестве наслаждаться самостоятельно выбранными книгами, на реку же они всегда бегали дворовой толпой, сговариваясь с мальчишками рыбачить, кататься на чужих дырявых лодках или просто загорать.

Однажды гурьбой решили искать сокровища у себя во дворе, на траве, возле дровяных сараев и в первой же ямке, вырытой случайной ржавой лопатой, нашли кусок шинели, а на нём, плотно пришитую, медную пуговицу с царским орлом.