Карфаген. «Белая» империя «черной» Африки

Рассказы же современников о процветании Карфагена не сохранились. Между тем Карфаген в канун Пунических войн, очевидно, производил на многие соседние народы такое же впечатление, как Константинополь в Средние века – на варваров, приезжавших из Западной Европы. Величайшая, неестественная роскошь встречала чужеземцев, смущала их, будила в них зависть и ненависть.

Город древний стоял – в нем из Тира выходцы жили,

Звался он Карфаген – вдалеке от Тибрского устья,

Против Италии; был он богат и в битвах бесстрашен

    (Пер.

Так начал свой рассказ о Карфагене римский поэт Вергилий.

Положение Карфагена – по-финикийски «Карт-Хадашта», то есть «Нового города», – было исключительно выгодным. Он находился в самом узком месте Средиземного моря, в непосредственной близости от Сицилии. Это был лучший порт в западной части Средиземного моря. По словам советских географов И.П. и В.И. Магидовичей, финикийцы настолько удачно выбирали места для будущих поселений, «что многие из них впоследствии превратились в большие портовые города».

Конская голова – всему начало

В 825 (или 823) году до нашей эры, почти за полвека до основания Рима, к берегу Тунисского залива подошли корабли, приплывшие из финикийского города Тира. Они привезли колонистов. Их возглавляла Элисса, старшая сестра тирского царя Пигмалиона.

В то время, после смерти Мутона, царя Тира, власть наследовали его взрослая дочь Элисса и малолетний сын Пигмалион (Пумийатон).

Когда Пигмалион подрос, то приказал убить мужа сестры, который фактически правил городом. Тогда, видя, что сила на стороне Пигмалиона, его сестра задумала бежать из Тира, сговорившись с некоторыми видными людьми. Ждать было нечего. Каждый приказ царя мог означать смерть. Однажды ночью от берегов Тира отплыл флот; он увозил самых знатных жителей города.

После долгого плавания, пополнив свои ряды жителями Кипра, где флот сделал остановку, Элисса и верные ей люди прибыли в Северную Африку – туда, где они собирались начать новую жизнь и основать новый город.

Корабли пристали к берегу Тунисского залива; там находилась финикийская фактория Бирса. В подобных поселениях мореходы из Финикии отдыхали, запасались пресной водой и торговали с местными жителями.