Лесной мальчик

 – Это ведь мальчик, да мальчик это…

– А откуда же он здесь взялся? Кто его здесь оставил? Барин чует сердце моё, что не к добру это. Ребёнок нечеловечий … – не унимался Матвей.

– Ты брось мне это, поднимай колыбель наверх, только гляди мне осторожно, а я за Вами следом поднимусь – приказал барин.

Колыбель была поднята наверх и этой находке все удивлялись, как могли. Поднявшийся наверх Сумбуров приказал всем поворачивать назад. Он отменил охоту. Колыбель с ребёночком он приказал Матвею, как можно аккуратно привязать к лошади, самому спешиться и пешим ходом сопровождать лошадь с младенцем.

Когда все повернули домой и уже были совсем далеко от того места, за их спинами над пиками елей как будто что-то прошелестело им вслед, хотя не было не дуновения ветра. А потом словно что-то или ктото тяжело вздохнул, будто впав в думы об этом младенце.

Когда младенца увидела Елизавета Николаевна, выбежав на порог усадьбы, то она лишилась чувств, прошептав такие слова:

– Это он, это он …Я его видела…

А младенец улыбался во весь рот, кряхтел что то, сопел и был как будто несказанно рад тому, что его нашёл граф Сумбуров.

– Вот он наш сын, сынок наш – Алексеюшка. – умиротворённо прошептал граф, целуя ребёночка.

А малыш потянул вдруг руки к нему и произнёс так отчётливо, будто совсем взрослый:

– Папка, папка …

Граф Сумбуров обнимая свою жену, которая пришла в чувства, шептал ей:

– Господь услышал наши молитвы, услышал…

За окном усадьбы пошёл снег, снежинки тихо скользили по стеклу, и только один Матвей, стоя, перед иконами в своём доме, молился и крестился на коленях.

Зима вступала в свои права, постепенно, шаг за шагом. Однако в этот миг счастье вспыхнуло, наконец, в душе Елизаветы Николаевны, и она, прижав младенца к груди, шептала,

– Алексеюшка, сынок мой…

Глава вторая

Чёрные копатели

Её звали – Анна. Это была непростая девушка во всём, что касалось её жизни. Ещё в детстве она заболела археологией.

Ещё на четвёртом курсе Анна сколотила группу из единомышленников, которых в миру называли чёрными кладоискателями…

Страсть к археологии целиком поглощала её, и это было для неё не просто работой, она стремилась к знаниям, и что особенно её увлекало – это была запретная археология.