Шаманы

Мария обняла своего мужа и проворковала:

– Не торопись, у отца мало людей, а потому ты ищи в тайге Коробейникова. Вот с ним можно установить своё управление.

Она хохотнула:

– И потом оленеводы пока не съедят, и не выпьют все свадебные припасы, не успокоятся.

– Умница ты моя, – прошептал Михаил, нежно целуя свою молодую жену. – Иди ко мне, любовь моя, – и страстно притянул к себе.

А Мария ловко вывернулась из его объятий и неожиданно предложила:

– Хочешь, я немножко пошаманю, нам наудачу.

– А ты умеешь? – спросил Михаил.

– Немножко, только без бубна, – ответила Мария и загадочно улыбнулась. – Ведь мой дедушка был шаманом, он меня и научил всему.

Надев свой шаманский головной убор, она пустилась в пляс. Михаил лежал на лежаке и чувствовал, как медленно погружается в какую-то бездну. А бесконечный танец с песнями продолжался и Михаил отключился. Мария, наконец, остановилась в своём диком танце и умолкла. Её бешеные глаза потухли, и она в изнеможении упала на грудь мужа. Михаил вздрогнул.

– Духи говорят, – прошептала Мария, – что скоро придёт другой большой белый офицер и будет тоже повержен.

– Так и сказали? – подивился Михаил. – Что ж поживём, увидим, а я жажду приключений.

– Коробейников будет побит и белый генерал, который скоро приплывёт, тоже, – пояснила Мария. – Миша, может отложишь свои приключения?

– Ну, уж нет! – вскипел Михаил. – Какой ещё белый генерал может появиться в нашей глухомани? Не верю!

– Успокойся, мой милый. Мой отец и ты будете невредимы, – улыбнулась Мария.

А свадебный пир длился недолго, всего-то дня три. Оленеводы беззаботно праздновали и не очень торопились, а вот молодые якуты предлагали, не дожидаясь подмоги, действовать.

– Поспешать надо, – горячились они, садясь на нарты, – а то когда же мы отобьём своих оленей у большевиков?

– Поторапливайтесь, – подгонял разомлевших оленеводов Георгий Ефимов, – ишь, разленились. Нам надо соединиться с Коробейниковым, это и будет подмога.

– Чего раскричался-то, – вскипел какой-то оленевод, садясь на нарты. – Сам-то говорят из «бывших».

Артемьев обернулся и грубо оборвал его:

– Не смей так говорить! Георгий достойный якут. Он учился в Томском университете, был командиром Якутского ГубЧК, но из-за перегибов советской власти перешёл к повстанцам и вместе с белыми офицерами будет противостоять Советам.

– На что нам нужны офицеры? – пробурчал оленевод.