Огненные драконы

 – А в нескольких местах в трещинах виднеются пылающие жерла разной величины. Видишь, оттуда с диким рёвом вырываются газы. Вот бы взять пробы, но это очень опасно.

Ботинки на асбестовой подошве быстро нагревались, стоять на месте не было никакой возможности, и поэтому Софья Набоко решительно направилась к ближайшей фумароле.

– Хочу взять пробы газов вон из той трещины,– сказала Набоко, – Помоги мне.

– Сейчас, – откликнулся Меняйлов, держа в руке термометр. – Впрочем, тебе поможет Иванов. Сейчас подойдёт.

Когда Набоко с Ивановым наполнили баллоны газом, то обомлели.

– Я вижу, – закричала Набоко, – вон у ближнего жерла вырвался огромный столб едкого пара.

– Как какое-то извержение, – подтвердил Иванов.

– Его стенки так и пышут жаром, не подойти, – проговорила Набоко.

– Ой, – закричала Набоко, – из жерла с грохотом вырвался чёрный дым, показались языки адского пламени и полетели вулканические бомбы. Берегись!

Меняйлов, увидев извержение, схватил жену за руку и закричал

– Иванов, Турбабо! Бежим!

Трудно было возвращаться.

Приходилось двигаться по острым камням и большим затвердевшим, но ещё тёплым «бомбам», очень похожим на черепах. Ботинки вулканологов то и дело вязли в сыпучем песке. Они с трудом вытаскивали ноги из песка и попадали на острые шлаковые завалы.

– Это какое-то наказание, – ворчал Иванов.

– Осторожно, Софья, не наступи на острую глыбу, – тащил за собой жену Меняйлов.

– Тут не знаешь, на что смотреть – то ли летящие «бомбы», то ли на то, что под ногами, – оправдывалась перепуганная Софья.

И вдруг сквозь непрерывный шум услышала, как муж вскрикнул от боли.

– Кажется, подвернул, – захромал Меняйлов, – но ничего я дойду.

Иванов догнал их и вместе с Турбабо помог Набоко и Меняйлову подняться на гребень кратера. А далее вулканологи «скатились» по склону вулкана и благополучно вернулись на стацию Ключи.

Так Софья Набоко, поднявшись на вершину вулкана Ключевской, стала первой женщиной заглянувшей в его кратер. А раздосадованный Меняйлов, последним узнав о беременности Софьи, сильно ругался.

Но ему пришлось смириться с этим, а подумав, он даже стал гордиться подвигом своей жены. Меняйлов, спокойно работая в лаборатории с Набоко, неожиданно получил из Ленинграда телеграмму.

– Похоже, – поделился он с женой, – меня оставляют начальником станции на следующий год, а в третью смену пришлют Виктора Попкова.

– Поздравляю, а мне придётся ехать в Ленинград, рожать, – улыбнулась Софья Набоко.