Дремлющие вулканы айнов

Они оделись в праздничные одежды из нерпичьей кожи, украсили себя птичьими перьями, и радовались, увидев среди высадившихся казаков знакомых камчадалов. Ведь островитяне были в родственных отношениях с ними, да и разговаривали они на смешанном диалекте, понимая друг друга. Камчадалы часто торговали с айнами, устраивая через «переливы» торжища, и теперь ожидали новых товаров для обмена. Но, несмотря на праздничное столпотворение айнов, казаки настороженно высадились на берег и пиками стали раздвигать толпы дикарей.

Расчистив путь для своего атамана, они остановились перед двумя старейшинами, гордо стоящими в окружении своих соплеменников. Атаман Анциферов в сопровождении толмача-камчадала важно вышел навстречу к вождям и, вдохнув побольше воздуха, зычно прокричал:

– Велю племенам признать российское подданство… и внести в казну ясак, по одному бобру с души.

Как только камчадал перевёл эти слова, айны дико завопили, а старейшина, что постарше, с достоинством ответил:

– На острове нет бобров.

Мы промышляем нерпу, которая нас кормит и одевает.

Один из казаков, Григорий Переломов, дружка атамана, увидел на старейшине бобровую накидку и закричал:

– Ворот-то из бобра, а значит, у них есть «рухлядь».

– Нам привозят бобров и лисиц на обмен с острова Парамушир, вон с того, что за переливами, – ответил один из старейшин, показывая на юг.

– Так живо наменяйте бобров в казну русского царя, – закричал Анциферов, – не то худо будет.

– Это невозможно. Настала осенняя пора, и на остров не переплыть, – ответили вожди и отступили назад за спины воинов, неожиданно появившихся перед атаманом.

– А нам-то, какое дело, – кричали казаки. – Несите бобров.

И громче всех кричал Переломов:

– Не то силой возьмём!

Из толпы айнов сразу послышались яростные крики и угрозы, а женщины с детьми поспешили вглубь острова. Казаки, почувствовав опасность, приготовились к худшему, а атаман Анциферов стал пятиться и скрылся за их спинами. Воины айнов, потрясая копьями, с воплями бросились на казаков.

Полетели стрелы.

– Робята, заряжай, – послышалась команда атамана. – Казаки расступись – пли!

Раздался страшный грохот из нескольких пищалей и фузей[20 - Фузея – дульнозарядное, гладкоствольное ружьё с кремнёым замком.]. Всё смешалось в толпе айнов, послышались вопли, и раненые со стонами попадали на камни, а из-за спин дикарей появились новые воины, страшно крича, они с копьями бежали на казаков.

– Готовь-сь, робята.