Славянское сердце

Мы же не думали о немцах; большинство из нас полагало, что главное – это свалить Тисо и гардистов, избавить Словакию от власти обанкротившихся клерикалов, втянувших нас в войну с Россией; как же мы были наивны!

Даже когда с юга в Нитру начали прибывать мадьярские части – руководство восстания поначалу никак не воспринимало их всерьез; в конце концов, у нас было почти пятьдесят тысяч штыков, плюс – восточнословацкий корпус! Русские напрасно взывали к благоразумию и осторожности – к чему? Ведь это наша земля! Кто здесь сможет что-то нам сделать? Тем более – на «Три дуба» каждый день приземляются транспортные Си-47, из Советского Союза сплошным потоком идёт оружие и амуниция, прибыла воздушно-десантная бригада, небо над Банска-Быстрицей охраняют Ла-5 истребительного авиаполка….

Восстание не может не победить – ведь мы так сильны!

И ведь немцев было не так много, всего три-четыре дивизии, причём даже не вермахта, а СС…. Но это были жёсткие профессионалы войны – разве можно равнять с ними наших мальчишек, впервые взявших в руки винтовки?

Густой ельник кончился – и перед ним открылась делянка с вырубленными и сложенными в небольшой аккуратный штабель молодыми соснами; но, самое главное – от делянки вниз шла дорожка, едва заметная под выпавшим снегом….

Отсюда тропинка может идти только к жилью! Господи, только бы хватило сил….

Куцый декабрьский день клонится к концу – ему надо поспешить! До захода солнца – от силы час, значит, ровно столько ему осталось жить – если он не доберётся до тепла….

На дорожке видны следы – значит, не далее, как сегодня утром, кто-то наведывался на делянку, забрать пару сосновых брёвен на растопку; сосна хорошо горит в камине! Тепло…. Как ему нужно сейчас тепло домашнего очага!

Ноги отказывают, он их практически не чувствует от колен и ниже – но тропинка и свежие следы на ней придали ему сил; ещё немного, ещё сотня, может быть, две сотни шагов – и он выйдет к жилью! К теплу…

Эти последние полторы сотни шагов дались ему особенно тяжело – через каждые десять – двенадцать он останавливался, переводил дух, собирал остаток сил – и вновь двигался вниз, к реке – шум которой он уже слышал… или ему просто казалось, что он слышит реку? В любом случае – с каждым шагом он все ближе и ближе подходил к жилью, и оставленные кем-то следы на снегу поддерживали в нём силу воли.