Юность императора

– Теперь, – улыбнулась Летиция, когда Карло оставил ее в покое, – можно и закусить! Сейчас я что-нибудь приготовлю!

– Нет, нет, сиди! Я все сделаю сам! – воскликнул Карло с таким испугом, словно Лиамоне, которая продолжала неистовать в нескольких метрах от них, снова могла утащить Летицию.

Подкрепившись размокшими в воде сухарями и бутылкой вина, супруги блаженно развалились на теплых камнях.

– Мне почему-то кажется, – улыбнулась Летиция, – что наш сын станет солдатом… В битвах он уже участвовал, да и сейчас, – Летиция нежно погладила себя по округлому животу, – с честью вышел из этого испытания!

Карло неопределенно пожал плечами.

– Да, да, – продолжала Летиция, – он станет солдатом! И я назову его, как и обещала брату, Наполеоне…

Услышав о шурине, Карло вспомнил тот скорбный для них день. Ни слезинки не было на бледном лице Летиции, когда она, положив одну руку на грудь павшего героя и прижав другую к своему животу, произнесла простые и вместе с тем такие великие слова: «Ты умер славной смертью, и мы не плачем над тобой, ибо это было бы недостойно тебя… Мы гордимся тобой и клянемся отомстить! Если этого не сумеем сделать мы, то за тебя отомстит тот, кого я сейчас ношу в себе кому дам твое имя! Прощай!»

Когда тело погибшего было опущено в могилу и завалено камнями, Летиция еще долго сидела у могилы брата и о чем-то вполголоса говорила с ним, словно он мог слышать ее…

– И я, – улыбнулась Летиция, – даже не сомневаюсь, что у нас будет мальчик!

Карло вздохнул.

Легко и быстро приспосабливавшийся к любым обстоятельствам, он быстро понял, что с Францией лучше дружить, чем воевать. И когда он принял предложение губернатора графа де Марбёфа, который обещал ему свое покровительство, он не услышал от жены ни единого слова упрека. Впрочем, он играл беспроигрышную партию и всегда мог оправдаться ее беременностью.

Как и Летиция, он родился в Аяччо и рано потерял отца. Его заменил ему энергичный и интеллигентный дядя Люциан Буонапарте, архидиакон аяччского собора. В четырнадцать лет дядя решил сделать из своего приемного сына юриста и отправил его в основанную Паоли высшую школу в Корте.

К окончанию курса Карло превратился в высокого стройного молодого человека, с приятным выразительным лицом.