Прощание славянки

Он родился в 1895 году в небольшом селе близ границы Боснии и Далмации. Семья его была достаточно состоятельной, чтобы определить Принципа в университет Белграда.

Гаврило показал себя способным студентом, особенно отличаясь в изучении сербохорватской литературы.

Преподаватели не могли нарадоваться на одаренного юношу, однако было в самом способном студенте нечто такое, что заставляло их настораживаться.

Не отличавшийся разговорчивостью Принцип упорно водил дружбу со сверстниками, которые вместо того, чтобы прилежно корпеть над учебниками, увлекались новомодными политическими идеями и открыто излагали свои крамольные, с точки зрения австрийских шпионов, мысли.

Приятной наружности молодой человек не интересовался девушками и не употреблял алкоголь, что для студента было более чем странно.

Впрочем, у Принципа были куда более важные занятия, нежели ухаживание за девушками и излияние души над рюмкой сливовицы.

Он был революционером и заговорщиком, что предполагало частые отлучки и обязывало держать язык за зубами.

Им владела одна, но пламенная мечта – освобождение Боснии от австрийского гнета!

И во имя этой самой мечты Принцип был готов отдать жизнь.

Излюбленным местом встречи членов организации в Сараево было городское кладбище.

Они собирались по ночам у могилы молодого террориста Богдана Жераича, погибшего в 1910 году во время покушения на австрийского наместника в Боснии М. Варешанина, строили планы на будущее и мечтали о подвиге во имя родины.

«Я, – признавался потом Принцип, – часто приходил на могилу Жераича, просиживал там целую ночь и думал о наших делах, о тяжелом положении нашего народа…»

Но еще больше он, судя по всему, думал о личном подвиге. Как и любой фанатик, смерти, как ему во всяком случае казалось, он не боялся.

В те дни эта далеко не святая троица, была занята подготовкой покушения на боснийского губернатора Оскара Потиорека.

Узнав о визите в Боснию эрцгерцога Франца-Фердинанда, молодые люди изменили свои планы и решили убить кронпринца, чья смерть вызвала бы куда больший резонанс, нежели убийство генерала.

Возмутило их и то, что визит эрцгерцога был приурочен к столь трагической для всех сербов дате – 28 июня.

Ведь именно в этот день после поражения под Косово была утрачена государственная независимость Сербии, превратившейся после поражения в вассала Турции.