Путь «Черной молнии». Книга 2

– Сергей, накажи Ермолову, пусть выведет в восемь вечера из блока «В» осужденного Ирощенко и отведет в «нолевую» комнату для допросов. После этого Ермолов проводит Брылова до машины, ему нужно родственников встретить на вокзале. И чтобы Ирощенко вели под усиленным конвоем, мне неприятностей не нужно.

– Хорошо Алексей Дмитриевич, все исполню.

Сергей посмотрел на Шилова. Тот сощурил глаза и, забавно вытянул губы трубочкой, по всей вероятности, ожидая от Брагина еще чего-то.

– Ах, да, чуть не забыл, – Сергей достал из своей папки заветный конвертик, который тут же перекочевал из его руки на дно ящика письменного стола Шилова.

Брагин с ухмылочкой козырнул и пошел к месту дежурства.

В двадцать ноль-ноль на пульте управления загорелась контрольная лампочка, и прозвучал телефонный звонок.

– Сергей, я уже проводил капитана в «комнату смеха», – докладывал Ермолов, – он тут «датенький», и еще с бутылкой водки приперся. Ну что, выводить Ирощенко?

– Да, выводи. Возьми с собой двух контролеров и без наручников его не сопровождайте.

Смотри Ермолов, если что, головой ответишь перед Шиловым.

– Да что ты, Серега, впервой что ли, все будет нормалек, – успокоил он Брагина.

Ирощенко вывели из блока смертников и доставили в комнату для допросов, обитую изнутри поролоном и дерматином. Двери закрыли, и с другой стороны пост принял один из контролеров. Комната была настолько глухая, даже сквозь обитую дверь голоса не прослушивались. Прошло ровно полчаса.

Контролер услышал сигнал звонка и увидел свет вспыхнувшей над дверью лампочки – капитан Брылов предупреждал, что посещение закончено.

Капитан Ермолов в присутствии двух контролеров открыл дверь кабинета, и его взору открылась следующая картина: за столом сидел чекист-Брылов, натянув фуражку глубоко на лоб. Перед ним на столе, на боку лежала пустая бутылка из-под водки. Осужденный Ирощенко лежал на полу, скорчившись от боли, похоже он потерял сознание. Руки заключенного были скованы за спиной наручниками.

На полу и стенах виднелись пятна крови. Лицо бывшего мятежника было разбито до неузнаваемости. Капитан Брылов встал и, пошатываясь, хриплым голосом произнес:

– Капитан, я тут немного перебрал, – чекист указал на пустую бутылку, – и не рассчитал своих сил – эту мразь воспитывал. Миль -пардон, за причиненные неудобства. Дмитрич тебя предупредил, чтоб ты меня до машины проводил? – Ермолов в ответ, молча, кивнул.