Путь «Черной молнии». Книга 2

После того, как труп Пушкова отвезли на судебно-медицинскую экспертизу, начальнику СИЗО пришло официальное уведомление: «Вследствие внезапной простуды у гражданина Пушкова поднялась высокая температура. После сильного кашля возникло раздражение окончаний нижнего гортанного нерва и трахеальных нервов, а также нервов, иннервирующих бронхи, что привело к возникновению спазма голосовой щели с последующим развитием острой гипоксии. В конечном результате с больным приключился обморок и во время потери сознания он внезапно скончался».

По причине скоропостижной смерти осужденного, Сергею Брагину, дежурившему в тот день, тоже пришлось дать объяснения представителю прокуратуры. Поначалу прокурор настаивал на наказании некоторых лиц среди администрации СИЗО, не предоставивших своевременную медицинскую помощь заболевшему заключенному. Но вовремя разговора с Брагиным, прокурор Кондратьев, отстаивая свою принципиальную позицию, все же был вынужден смягчиться, когда узнал, что умерший Пушков оказался не таким уж безобидным типом.

– Сергей Михайлович, закон есть закон, и мы все ему служим. За халатность ты и дежурный врач, должны понести наказание. Пусть Пушков был трижды подонок, но дисциплинарные взыскания никто не отменял.

– Илья Николаевич, тебе от этого станет легче?

– Неправильный ты вопрос задал. Для меня – это значимый поступок.

– Мы с тобой без пяти минут коллеги, возможно, скоро я стану адвокатом и когда-нибудь, конечно, не дай бог, мне поручат защищать вот такого подонка.

– Сергей Михайлович, что ты объяснишь и кому? Скажут, будешь делать, откажешься, выход вон там. Я не пойму, что ты пытаешься мне доказать? Как ты их ненавидишь…

– У тебя есть дети?

– Есть, но не девочка. У меня сын растет.

– А какая разница, если речь идет об извращенце, который, сидя в зоне, имел себе подобного.

– В смысле, кого имел?

– Ты что, с луны свалился, не знаешь, что гомосексуалисты бывают как пассивные, так и активные.

– Что ты предлагаешь? Убивать их. Так суд и так их не милует.

– А Пушкова, почему не приговорили к высшей мере?

– Суду было виднее, доказательств, что он убил девочку, оказалось недостаточно…

– Ты себе-то хоть не ври.