Путь «Черной молнии». Книга 2

Сразу возникнет вопрос – кто допустил нас к убийце? Соображаешь…

– Все сложные вопросы и разработки Брагины берут на себя. Сейчас многое упирается в твое решение, согласишься ты или нет. Не скрою, задуманное дело очень рискованное, но после его выполнения мы сформируем мощную команду. Я вспомнил слова Лехи Дрона, когда во время бунта он сказал пацанам и мужикам: «Пусть каждый из вас сейчас сделает свой выбор. То, что я решил стоять до конца – это мое решение, и если надо, я закончу свою жизнь на этих баррикадах».

Да, Александр помнил эти слова, когда основная масса заключенных разделилась на две части: одни пошли на баррикады продолжать сопротивляться властям, а другие попрятались в бараках.

В принципе, Александр был согласен на предложение Сергея вступить в тайную организацию. Относительно дружбы, Воробьев был порядочным человеком, а Сергей был в числе его лучших друзей. Он знал на деле, что Ирощенко никогда не подведет и если понадобится, то за друга отдаст свою жизнь.

– Что конкретно обещал тебе капитан, после того, как будет убит насильник? – спросил Александр.

– В самое ближайшее время меня уже не будет в этой тюрьме.

– Сереж, у меня в голове не укладывается, как ему вообще удается вытаскивать тебя из блока смертников? А о побеге, я просто молчу.

– Братья дружат с головой и если они взялись за такие серьезные дела, как устранение насильников, значит, и к любому делу готовятся тщательно.

– Мне они тоже помогли, когда кум-Ермолов начал щемить меня по всякому поводу.

– Капитан отблагодарил тебя за спасение своего брата.

– Спору нет, я тоже благодарен им за помощь.

– А теперь Саш, я покажу тебе одну вещь.

Ирощенко достал из кармана кусочек белой ткани и положил на стол перед Воробьевым.

– Где ты ее взял? Неужели ты забрал ее из кармана Равиля?

Ирощенко, замотал головой и при этом иронично улыбнулся.

– А ты хитер. Взял, да положил ему в карман, а мне ничего не сказал. Это капитан Брагин дал мне ее, а ему – брат Анатолий. Ты знал, что это за знак?

– Конечно, знал, но это не только моя тайна, она касается деда Миши.