Путь «Черной молнии». Книга 2

Брагин – старший, мозговитый мужик, я хорошо его запомнил, да и младший тоже ничего… Но почему они выбрали Ирощенко? И почему именно меня они „впрягают“ в это дело?»

Сергей задал вопрос, выводя Александра из раздумий:

– Теперь ты понимаешь, для чего нас с тобой свели?

– Ты хочешь, чтобы я участвовал в «мокрухе», как тогда, при казни Равиля?

– А ты жалеешь о том?

– Ничуть.

– Саш, а ты не забыл, как вы с пацанами в школе защищали учительницу Наталью Петровну и в «усмерть» упластали точно таких же скотов.

– Да, ты прав, такое не забудешь. Серега, не крути, говори прямо, чего ты хочешь?

– Мне нужно, чтобы ты подстраховал меня.

– В убийстве этого выродка?

– Кроме Брагиных ты единственный человек, кто в состоянии мне помочь. В тебе я уверен на все сто, потому что знаю, как ты относишься к скотам-насильникам. Ты пойми, я ведь не ради спортивного интереса сверну голову этому гаду, мне важно, чтобы он больше не коптил небо. Я много об этом думал. На другое преступление не соглашусь, но хоть как-то помочь родителям погибшей девочки я готов.

– Я тебя еще раз спрашиваю, ты хочешь, чтобы я помог тебе убить эту сволочь?

– Саш, давай посмотрим на это дело немного иначе: чтобы избежать расстрела, мне нужна твоя помощь или, иначе говоря – поддержка. После того, как я разделаюсь с этой тварью, братья организуют мне побег. Я хочу, чтобы ты знал об одном неприятном случае, у Анатолия Брагина точно такой же подонок, как Пушков, изнасиловал девятилетнюю дочь, она чудом осталась жива.

– Да ты что! Выходит, они потому и начали мстить. Эх, Серега, да разве я против, чтобы таких мразей-насильников жестко наказывали. Конечно, если так обстоит дело и мое участие поможет тебе, я готов впрячься без всяких разговоров. Но ведь мы, станем убийцами… Может, объяснишь доходчивее, как мне смириться с таким положением? Это не по морде съездить, а жизнь забрать, пусть даже этот гад будет только пародией на человека.

– Саш, а ты много над этим размышлял, когда защищал во время бунта жизнь пацанов и свою тоже?

– Сравнил… Там мы знали, если не мы, то нас… Здесь совсем другая ситуация, если бы вопрос стоял в защите девочки, я бы с радостью свернул голову насильнику.

– А если вопрос стоит о справедливой мести?

– Чьей мести, родителей?

– Саш, помнишь, я тебе рассказывал, за что попал в тюрьму.

– Конечно, помню, майор из твоей части медсестру охмурил, а потом перед всеми опорафинил, распустив слухи, будто она повела себя, как шлюха.