Путь «Черной молнии». Книга 2

Майор Цезарев рассудил логично: «Если убийца не проходил мимо дежурного, значит, он находился в одной секции с остальными заключенными. Под подозрение попадают пятьдесят человек». Он не верил словам дежурного и, моргнув Кузнецову, чтобы поддержал его, принялся допрашивать осужденного. Если он виноват, то перекрестный допрос непременно даст результат и, запутавшись, заключенный вынужден будет дать правдивые показания. После изнурительного двух часового допроса, дежурный, окончательно упавший духом, сдался и решил признаться в своей вине.

– Еще раз повторяю вопрос, кто ночью прошел в спальную секцию? – настаивал Цезарев

– Вечером ко мне подошел один мужик, я его никогда не видел.

– Во что он был одет? – спросил Кузнецов.

– В робу зэковскую, а на голове «пидорка».

– Чего? – недоуменно спросил Цезарев.

– Ой, извиняюсь, гражданин начальник, по-нашему значит – фуражка. Мужик спросил, дежурю ли я ночью и, между прочим, дал заварку чая. Мне лично было по фиг, зачем он спросил. На меня с неба свалилась дармовая заварка.

– Рассказывай дальше без высказывания своих впечатлений, – потребовал Цезарев.

– Ну, перед съемом с работы второй смены, этот мужик снова подошел ко мне. Он сказал, чтобы я сходил в туалет и пробыл там минут десять. Я ему объяснил, что дежурю, и не могу отойти. Тогда он протянул мне целую плиту чая. Я опешил, но, конечно же, согласился.

– Он объяснил, для каких целей пришел ночью в чужой отряд? – спросил Кузнецов.

– Хотел срочно повидать своего знакомого.

– Ты точно его раньше не видел?

– Нет, не видел.

– Запомнил его, может, приметы, какие были? – спросил Цезарев.

– Лампочка от ночника такая тусклая, я его плохо разглядел, – лукавя, оправдывался дежурный.

– Ну, ты и шкура, – злобно проговорил Кузнецов, – благодаря твоему разгильдяйству убит человек. Тебя убийца купил за одну плитку чая.

– Я же не знал…

– Где чай?

– Нету, гражданин начальник, уже выпили.

– Что ты нам лапшу на уши вешаешь, – взбеленился Цезарев, – небось, спрятал где-нибудь.

Не соглашаясь, дежурный замотал головой и, опустив глаза в пол, замкнулся в себе. Не добившись ни слова, заключенного под конвоем отправили в надзорное помещение, а затем препроводили в изолятор.

Что бы снять с себя ответственность, Цезарев предложил начальнику колонии подать прошение в управление об этапировании Воробьева в другую область. Второе убийство в колонии недопустимо.