Варяги

– Господин Сигурд, или как вас там, – официально начал Павел, – может, это и не финн, а карел или эстонец какой-нибудь…

– А вы не умничайте, Павел Николаевич, – подражая его тону, ответил Сигурд. – Ты что, финский знаешь?

– Не очень, вернее, совсем не знаю, так, несколько слов от бабушки, она у меня из вепсов.

– Бепся!

– О! Гляди, Кукша заговорил, – удивился Павел.

– Что еще за бепся? – озадаченно спросил реконструктор.

– Пухутеко суоми? – применив свои знания вепсского, изрек Павел.

– Шпрехен зи дойч? – решил отличиться Вадим.

Паренек непонимающе посмотрел на всех троих по очереди и ответил:

– Пухун бепся?

– Ну, точно, карел! – подвел итог Павел.

Все трое переглянулись.

– Вот и налаживай контакт, – предложил Вадим, – спроси у него, чего он побежал?

– Тебе надо, ты и спрашивай, я же сказал, что не знаю финского.

– Так чего выделываешься, – обиделся за всех реконструктор.

– Я же говорю, только пару слов и знаю!

Белокурый спросил еще раз.

– Пухун бепся? – и добавил еще что-то совсем не понятное.

– Может, все же отпустим парня? – предложил Павел.

Почувствовав слабину рук, белокурый попытался дернуться, но не тут-то было – хватка усилилась.

– Ага, отпусти его, опять веслом махать начнет, – резонно заметил Андрей.

Парень резко вскинул голову, посмотрел на шею реконструктора и смачно плюнул ему в лицо.

– Нет, ну ты посмотри, какая сволота, – шарахнулся от него Андрей, утирая лицо.

Получив свободу правой руки, белокурый попытался дотянуться и ударить реконструктора – не прошло.

– Вот ведь пакостник!

Павел, равнодушно наблюдавший за происходящим, вдруг произнес:

– А я вспомнил! Мы вчера гулять не собирались.

– Что?

– Чё?

– На башню мы вчера собирались – вот чё!

Отвесив белокурому вторую, менее болезненную оплеуху, Андрей спросил:

– На какую башню?

Павел демонстративно возвел очи к небу.

– Ну и кто тут вчера нажрался, так, что ни фига не помнит.

– Паша, – позвал его Вадим, – я тоже не помню, про какую ты башню?

Павел проигнорировал недоуменные вопросы друзей и шагнул к лодке.

– Может, у него тут есть что пожрать? Уже, блин, полдень, а мы не жрамши!

Он забрался в лодку и стал ее осматривать на предмет съестного.