Николай II. Расстрелянная корона. Книга 2

Ведь к нему должен был приехать сам Курилов и ждать возвращения Волкова.

– А все же этот Виктор Ильич не так умен, как кажется, – неожиданно проговорил Федор.

– Почему? – осведомился Якубовский, взглянув на него.

– Скажи, ну за каким чертом ему самому приезжать сюда? А если меня схватят и я, дабы получить снисхождение, приведу на квартиру жандармов? И все! Курилов окажется за решеткой.

– А ты способен на это?

– Когда, Леня, будет светить смертная казнь, пойдешь на все!

– Тогда ты подставишь не Курилова, а меня.

– Интересно, каким образом?

– Думаю, за тобой будут следить от квартиры до дома Васильева и обратно. Если что-то пойдет не так, то Курилова сразу же предупредят и он спокойно уедет к себе. Но тогда тебе вынесет приговор уже не суд присяжных, а революционный трибунал. Не надо объяснять, каким он будет. Так что никакого резона сдавать нас у тебя нет.

– Да я пошутил. Живым в руки жандармов не дамся. Уверен, что все пройдет гладко.

– Наган проверил?

– Поглядел. Вроде в порядке.

– Ночью выстрелы далеко слышны.

Волков усмехнулся, достал нож.

– А вот эту вещицу и не слышно, и не видно, а убивает она не хуже револьвера.

– Убери!.. – Якубовский скривился.

– Чего, Леня? Брезгуешь?

– Спрячь, пожалуйста.

– Да ради бога.

В половине одиннадцатого Волков оделся, спрятал револьвер и нож, взглянул на Якубовского:

– Пора, Леня. Присядем на дорожку?

– Когда должна подойти пролетка?

– Через полчаса.

– Не рано собрался выходить?

– А я тоже подстрахуюсь, погляжу, как подъедет Гриша, будет ли кто рядом с ним. Погляжу на тех, кого Курилов пошлет сопровождать нас.

– Зачем тебе это надо?

– А затем, чтобы в случае опасности уйти без хвостов.

– Не понимаю.

– А тебе и не надо ничего понимать. Так присядем?

– Давай.

Якубовский и Волков опустились на стулья, тут же встали. Федор взял из шкафа ополовиненную бутылку водки.

– Зачем? – спросил Якубовский.

– Мне взбодриться надо, а Виктор Ильич все простит, когда я доставлю ему деньги. Где саквояж?

– В прихожей.

– Ну, давай, Леня!

– Удачи тебе, Федор.

– Ага!

Волков вышел из квартиры, постоял в подъезде. Никого, все тихо. Он неслышно поднялся на чердак, снял новый костюм, оставил там, переоделся в старье.

Потом Федор, прижимаясь к домам, прошел до булочной и встал за афишной тумбой.