Че Гевара. Революция длиною в жизнь. Часть 1

Росарио, Аргентина

Но схватки начались в дороге, и Эрнесто появился на свет в одном из госпиталей, как мы упоминали выше, города Росарио, но ребёнок заболел сразу после рождения бронхиальной пневмонией. Там и провел первые годы жизни Эрнесто Гевара. Это было не просто, хотя оба супруга имели знатное происхождение, периодически у них всё же случались проблемы с деньгами, а семья жила в тот период на доходы с ренты и семейное наследство.

Время потихоньку бежало вперёд, незаметно прошёл ещё год, и Эрнестито исполнилось два года.

– Селия, вы куда собрались? – Эрнесто Гевара-старший подошёл к окну, потянув шнур, открыл жалюзи шире. Посмотрел в окно. Перед ним росли разномастные деревья. На зиму примерно половина из них сбрасывает листья, и они стоят голые, без листвы. Другая половина деревьев выделялась от первой приглушённым зелёным цветом. Светило солнце, зимой здесь почти всегда голубое небо и повсюду растёт зелёная трава.

– Мы идём с Тэтэ в морской клуб покупаться, надо малыша закалять, а то он то и дело болеет.

– Слушай, Селия, – Эрнесто повернул голову в сторону жены, – мне кажется Вам с Тэтэ нужно теплей одеться, на улице достаточно прохладно.

– Не переживай, дорогой, тут недалеко, и мы быстро домчимся. Не переживай!

Эрнесто-старший ещё раз посмотрел в окно. По улице, не торопясь, шёл иностранец, молодой парень лет тридцати, в футболке, в шортах и шлёпанцах, окружённый местными, продвигающимися на контрасте с первым, в свитерах, тёплых куртках с накрученными на шею шарфами, в шапках, у многих на руках разноцветные перчатки.

– Селия, всё же одень Тэтэ потеплей, вон и ветер поднялся, ветки клёна пляшут во всю, в разные стороны.

– Хорошо, Эрнесто, не беспокойся, не беспокойся за нас, мы быстро.

Эрнесто поцеловал жену и сына, проводив их.

Селия, выйдя на улицу, опустила ребёнка на дорожку.

– Ох, наш папочка переживальщик, посмотри, Эрнестито, как хорошо, солнце светит! А ну, давай ручку, – она подняла голову и посмотрела в окно квартиры, где виднелся Эрнесто. Тепло окатило её сердце:

– Эрнестито, малыш, помаши папочке, он так нас любит!

Но Эрнесто оказался прав.