Смертью храбрых

«Делай, что должен…» Конечно, иногда приказ выглядел невозможным, и коммандан по себе помнил, как хотелось порой отправить штабных чистоплюев куда подальше с их кабинетными расчетами боевых потерь, но так или иначе, все это было для Франции, для Победы.

Вчерашний приказ Фоша не имел ни к Франции, ни к Победе никакого отношения, зато хорошо соотносился с удовлетворением раздутых амбиций и генеральскими медалями. Перемирие было подписано ранним утром, но в силу должно было вступить только в одиннадцать часов.

Значит, до одиннадцати часов Война продолжалась, и Фош приказал наступать. Война, и без того уже ставшая символом бессмысленных жертв, в своей развязке напилась крови в последний раз.

Огюстен постарался отрешиться от эмоций и сосредоточиться на деле. «Рапорт необъективен – это понятно хотя бы из того, как он составлен и какое место в нем уделено словам Мишо, в сравнении с описанием его действий. Итак, первое, что нужно сделать, это переговорить с полковником Борелем. После этого пообщаться с самим капитаном и допросить столько солдат второй роты, сколько возможно.

Многовато работы для одного…»

***

Они уже были на подъезде к Сент-Омеру, когда Лануа увидел похоронную бригаду, копавшую одинокую могилу на солдатском кладбище. Кладбище подходило по правой стороне почти вплотную к тому, что раньше было грунтовой дорогой, поэтому Огюстен смог разглядеть из-под покрывала рукав формы, в которую был одет труп.

– Безю, остановите здесь, пожалуйста.

– Так точно, господин коммандан.

Если Безю и удивился просьбе Лануа, виду он не подал. Огюстен начал выбираться из автомобиля и как только на левую ногу пришлось хоть немного веса его тела, коммандан пожалел, что не сделал все же укол морфина перед поездкой.

– Я сейчас вернусь.

– Так точно, господин коммандан. Мне пойти с вами?

– Не надо.

На кладбище земля была более-менее ровной – Огюстен заметил лишь две-три воронки. Он прочел несколько имен на крестах и понял, что кладбище преимущественно немецкое, хотя были на нем и французские могилы.

«А чему ты удивляешься? Боши[3 - Боши – прозвище немцев во Франции, имеющее отрицательную коннотацию.] здесь почти три года сидели».

Огюстен дохромал до похоронной команды. Полковой священник увидел его еще, когда Лануа только выбрался из машины, поэтому, когда он подошел, солдаты уже стояли смирно. Коммандан обратил внимание, что все трое были из 701-го полка.

– Вольно.