Смертью храбрых

– Хорошо, тогда жду вас здесь через десять минут.

Безю хотел было помочь Лануа забраться в салон служебного Рено, некогда служившего такси, о чем говорил характерный красный цвет кузова, но коммандан отстранил его и умостился сам. «Еще тридцати пяти нет, а уже носятся, как со стариком…» Огюстен в очередной раз ужаснулся мысли, что так теперь будет всегда, впрочем, незамедлительно подавил приступ жалости к себе и принялся набивать трубку. Вскоре над его головой начал подниматься дымок, постепенно заполняя собой салон даже, несмотря на отсутствие стекол.

Лануа еще не читал личное дело капитана Мишо, обвиняемого в невыполнении приказа и трусости. Предчувствия коммандана одолевали самые мрачные: «Не хватало нам еще после Победы показательные расстрелы устраивать…»

Вскоре автомобиль весело подпрыгивал на прифронтовых ухабах. Огюстен постарался успокоить ногу так, чтобы каждая кочка не оборачивалась мучением. Через полчаса они въехал в полосу, где совсем недавно шли бои, и Безю пришлось сбросить скорость, чтобы объезжать воронки на пути.

Трясти стало меньше, и Огюстен смог, наконец, обратиться к личному делу капитана. «Капитан Анри Мишо. Родился в Ренне в 1889-м году. В армии с 1913-го. Пехота. 701-й полк, командир 2-й роты. Поощрения, Военный крест с бронзовой звездой – получил в 15-м году, Воинскую медаль – в 17-м, тогда же удостоен медали «За военное ранение» и серебряной звезды на Крест. Характеристика за подписью полковника Дакса: храбрый, дисциплинированный, стойкий. Рекомендации к повышению.

Лануа отвлекся от дела капитана Мишо и осмотрелся вокруг себя. Его взгляду открывалась почти полностью безлесая земля испещренная воронками, бороздами и пустыми траншеями, щедро посыпаемая, к тому же, хлопьями снега. «Лет десять ведь ничего расти не будет…» Бои здесь шли еще совсем недавно, и чем дальше они будут ехать, тем более изнасилованной предстанет перед взглядом коммандана земля.

Огюстен отвернулся от безрадостного пейзажа и вернулся к капитану Мишо. «Дисциплинарный лист: только одна запись – драка с капралом Монсом в 16-м. Никакого наказания, кроме занесения в личное дело. Очевидно, ввиду заслуг лишь погрозили пальчиком…» Огюстен внимательно всмотрелся в фотокарточку Мишо.