История эпидемий в России. От чумы до коронавируса

В конце XV века впервые на Руси описан сифилис. Первый официальный документ, свидетельствующий о его появлении в пределах русского государства, относится к 1499 г. Это наказ русскому послу в Литве Мамонову, в котором, между прочим, говорится: «Спокойно ли между польскою и помянутыми державами? Так же спросить в Вязьме, не проезжал ли кто из Смоленска с тою болезнью, что боляски мечутся? А словет французская, а будто в Вильне ее привезли».

Самуил Коллинз, придворный врач царя Алексея Михайловича, писал в 1667 г.

Нет, однако, возможности установить, когда именно появился сифилис в России: «Сифилис вообще принимался за золотуху, порчу, а иногда просто за ничто»[67 - Кузнецов М. Проституция и сифилис в России. СПб., 1871. С. 68–69.].

Во всяком случае первое упоминание о сифилисе в летописи относится к 1493 г.: «Явися у Польши новая немощь, глаголемая Франца, ю же некая жена, ходяще на отпусты, принесе в Риму до Кракова»[68 - Густинская летопись, служащая прибавлением к Ипатьевской.

В этой же летописи под датой 1287 г. говорится: «Володимеру же Васильковичу, князю Волынскому… больну сущу… рана неисцелимая… лежащу в болести 4 лета, болезнь же сице скажем: нача ему гнити исподняя устна, перваго лета мала, втораго, третьего больно нача гнити… исходящу же четвертому лету, и наставше зиме и нача больми немочи и опада ему все мясо с бороды, и зубы и сподняя выгниша вси, и челюсть бородна перегни, и бысть видети гортань; и не вкушая по седмь недель ничего же».

Л. Ф. Змеев по поводу этого описания отмечал: «Можно, пожалуй, допускать, что то была болезнь, впоследствии названная французской»[69 - Змеев Л. Ф. Чтения по врачебной истории России. СПб., 1896. С. 124.]. С этим утверждением, однако, трудно согласиться, так как известно, что сифилис впервые описан в Европе лишь в 1494 г. Густинская летопись упоминает о французской болезни («Франца») в 1493 г., болезнь же князя была либо проказой, либо туберкулезом.

Начало XIV века знаменуется в России рядом сильнейших эпидемий.

В 1506 г. «Бысть мор в Пскове зол велми, мряху бо мужи, и жены, и малые деи, и по приходом, и по волостем; и тот мор безыменной, мряху бо людей много»[70 - Псковская I летопись. С. 281.]. В 1507 г. «Бысть мор зол велми в Новегороде»[71 - Софийская I летопись. Продолжение. С. 24.].

Псковский и Новгородский «мор» 1506–1508 гг. был чумою.