Покушение

Мюллер решительно махнул пальцем.

– Зачем? Наоборот, еще парочку добавьте. Окончательное слово за управлением Шелленберга. Пусть они его и произнесут, – сказал он.

– А нам не стоит, бригаденфюрер, предварительно самим взглянуть на этих людей? – спросил Вольф предусмотрительно.

– Думаю, что нет, – ответил Мюллер. – Другое дело, следует предупредить комендантов и начальников лагерей, чтобы они проявили о них определенную заботу. Дали им возможность отдохнуть, не посылали на задания, подкормили… Позвоните прямо по телефону.

– Будет сделано, бригаденфюрер, – слегка поклонился Вольф. – Вы сами доложите шефу дела отобранных русских?

Мюллер вопросительно взглянул на начальника отдела IVB2.

– С какой стати?

– Он же лично давал вам задание, – напомнил Вольф.

– Правильно. Сказал, чтобы я проконтролировал, – согласился Мюллер. – А докладывать? А вам не пришло в голову, что шеф просто может не принять от меня такой доклад?

– Почему? – искренне удивился Вольф.

– Да потому, Вольф, что дело, которое они задумали, наверняка какое-нибудь щекотливое. И поручено оно конкретно Грейфе. Стало быть, он за него и отвечает целиком. В том числе, разумеется, и за подбор исполнителей. А что же получится, если этих исполнителей ему, как говорится, вручит шеф? Так что передайте Грейфе эти досье сами, Вольф. Добавьте еще парочку и передайте. А я, естественно, доложу шефу, что его задание выполнено. И еще вот что, Вольф.

– Я сказал то, что я о них думаю, бригаденфюрер, – сразу насупившись, ответил начальник отдела IVB2.

– Да нет, вас за это не ругали, – поспешил успокоить его Мюллер. – Больше того, я с вами абсолютно согласен. Делать из врагов друзей, на мой взгляд, тоже пустая затея. Но раз начальству это нравится, зачем нам разуверять его в этом? Тем более что в их делах сам черт не разберется.

– Спасибо, бригаденфюрер. Я все учту, – щелкнул каблуками Вольф.

– Ну и выше голову. Хайль Гитлер!

– Хайль Гитлер! – ответил Вольф, быстро собрал со стола досье и вышел из кабинета.

«Шеф, конечно, как всегда, во всем прав. Действительно, кто тянул меня за язык с этим дурацким откровенничаньем? – думал он по дороге в свой отдел.