Красная машина

Столько всякого разного прошли, чтобы вернуться к тому, с чего начали. Грустно. Но ведь и к высокому артистизму приучили, и теперь его жестокостью враз с поля не выгонишь.

Показательный матч футболистов состоялся в перерыве между заездами на Семеновском велодроме в Петербурге. Суровая, костоломная игра имела и неожиданный комический эффект – господа спортсмены, бегая по грязи в белых костюмах, то и дело шлепались со всего размаху в грязь и вскоре выглядели трубочистами.

Вот это упоминание о белых костюмах, как деталь, дорогого стоит.

Смех смехом, а победили белые костюмы, вернее, спортсмены, которые уже привыкли в них облачаться.

Спорт уже стал аристократичным.

Пройдет время, и аристократичность начнут из него вытравлять. Но в первом десятилетии века многое решала принадлежность спорта привилегированному классу.

И это не закрывало в него дорогу талантам из народа – напротив, в спорт стремились и приходили, как Ломоносов в науку…

Англичане своей откровенной грубостью подзадоривали – в близости к мордобою русский человек чувствовал себя поувереннее, от футбольной площадки веяло чем-то родственным, родным.

И англичане-футболисты не были хулиганами – просто прошли школу регби, незнакомого россиянам. Когда русские игроки втянулись в футбол и матчи приняли международный характер – раскладка сил на поле стала несколько иной. Газетчики отмечают большую физическую крепость своих футболистов против недостижимой пока ловкости англичан.

Под ловкостью надо понимать специальную тренированность в обращении с мячом – то, что позднее назовут техникой.

Русские игроки изучали футбол в партнерстве и в соперничестве с англичанами. Новички в футболе, они, однако, были опытными спортсменами. И происходило то же, что и с канадским хоккеем, – иностранная игра приспосабливалась под свои козырные достоинства. В хоккее, допустим, довольно долге противились силовым приемам, а теперь вот и в футболе без них не обходится.

Историки футбола много говорят про артистизм и темперамент, привнесенный латиноамериканцами в английскую модель игры.

9

Сначала было слово… Ну, может быть, не совсем сначала – слово и дело спортивное существовали параллельно, одновременно.