Пламенеющие храмы

Всё это продолжается, пока в обществе не появится некто. Назовем его «флагман». Сначала это обычный, неприметный на вид человек, один из многих, варящихся в котле истории мира. И в то же время это в чём-то весьма неординарная и одарённая личность, достаточно хорошо образованная и, что немаловажно, наделённая какой-то особенной интуицией. Вольно или невольно он постоянно ощущает возмущенную ауру общественных настроений. Мелкие недовольства, выплеск эмоций, ропот толпы, публичные диспуты, сарказм над ортодоксами. Тщетность самих ортодоксов в попытках повлиять на ситуацию.

Их слепая ярость в уничтожении недовольных, которая, маскируя, лишь подчёркивает их бессилие. Флагман, постоянно находясь в гуще событий, невольно их оценивает, размышляет над их причинами и ходом, пытается что-то предугадать. И в какой-то момент в его воображении начинает вырисовываться образ Идеи. Той самой идеи, которая объяснит, почему сейчас всё вокруг устроено неправильно, как все должно быть и как этого достичь. Поначалу этот образ кажется слабым и не жизнеспособным. Однако, самоотверженными усилиями флагмана представленный образ набирает силу, убедительность, становится все более и более совершенным. Точно так же, как в сосуде с химическими жидкостями в определенных условиях начинают появляться и расти кристаллы, поражая своей выверенной четкостью и красотой линий. Такая идея, распространяясь в обществе, находит позитивный отклик в умах и, что более важно, в сердцах большинства его членов. Идея становится движущей силой. В какой-то переломный момент общество встает перед выбором. Существовать на прежних ортодоксальных устоях или соответственно идее что-то изменить в лучшую сторону? Данный вопрос решает или революция, или более умеренная смена уклада. В результате идея побеждает, а флагман, как ее автор и главный двигатель, возносится на вершину почёта и власти. Он продолжает развивать и совершенствовать свои идейные постулаты, дабы предвосхитить возможный ход истории и направить ее в предначертанное им русло. Однако, памятуя о своей недавней непримиримой борьбе с ортодоксами, флагман естественным образом стремится оберечь выпестованную им идею, ставшую делом всей его жизни. Он встраивает в свою идейную конструкцию элементы, которые дадут ей стойкость и защиту от влияний и конфликтов с другими идейными платформами. И при этом он сам закономерно и необратимо становится ортодоксом. Защищая свое детище, он может зайти слишком далеко и превратиться в тирана.