Разведчик от бога

Даже получая в столовой ничтожную порцию жидкой похлебки, он не давал воли чувствам, прекрасно понимая, что по-другому не будет. Неоткуда взяться на солдатском столе сытных продуктов в достаточном количестве. И когда другие роптали, что кто-то в тылу жирует за их счет, Егор старался не замечать этих слов, зная наперед, что ничего от этого ропота не изменится. Нужно терпеть и стараться держаться, ждать отправки на фронт, где, по словам бывалых солдат, с питанием дело обстоит несколько лучше.

Но стремительно бегущее время, постоянное недоедание и тяжелые нагрузки губительно действовали на когда-то крепкий восемнадцатилетний организм.

Егор постепенно становился в солдатском быте таким же капризным, как и другие его товарищи. Все больше и больше он походил на остальных. Где можно было увильнуть – он увиливал, где выскользнуть – он выскальзывал, где незаметно вздремнуть – он дремал. Но окончательно сравняться с остальными он так и не сумел. Во-первых, повышенная комсомольская сознательность, выкованная задолго до начала службы. Во-вторых, наконец-то отправка в действующую армию, которую так ждали большинство солдат в запасном полку.

– Вперед! Застрелю того, кто струсит! Ускориться! Что плететесь?! Ждете, когда немец встретит вас пулеметами?! Вперед! – где-то в стороне не унимался здоровяк-сержант, подгоняя солдат своего взвода.

Егор перестал чувствовать усталость. Вернее, его организм свыкся с ней, приспособился. Он выровнял дыхание, выставил вперед штык винтовки, старался держаться в общей линии атакующих.

Наконец солдатская цепь стала приближаться к заснеженным бугоркам из тел погибших в предыдущих атаках несколькими днями ранее. Каждый боец видел перед собой занесенные снегом тела мертвецов в серых суконных шинелях и ватниках, лежащих так, как их застала смерть в бою. Глаза солдат больше не смотрели куда-то в даль, где не каждый еще мог разглядеть начинающуюся линию обороны противника. Чем больше простиралось поле, тем чаще виднелись на нем бесформенные снежные шапки, покрывавшие бездыханные, окаменевшие на морозе трупы.

Цепь стала сбавлять темп, норовя остановиться. Где-то в стороне Егор услышал причитания одного из солдат:

– Господи, Господи!

Рядом, опустив винтовку на землю, остановился Минаков.

– Вперед! Иначе сдохнете здесь! – неистовым криком подгонял подчиненных сержант.

Понимая потерю темпа атаки, командир роты младший лейтенант Кочергин выбежал вперед, так, чтобы его видели все солдаты.