Тревожная Балтика. Том 2

Но, как оказалось после его ухода, большая часть матросов тому не придала значения вовсе, старослужащие вольно разбрелись по кораблю. Остальные также не хотели работать, указывая на тех, кого ждет эта участь. Александр двинулся за однопризывниками, тем самым признав, что добровольно перешел в стан «униженных и оскорбленных».

Четверо товарищей и Александр перешли на борт соседнего корабля и приступили к работе. Надрываясь, кантовали бочкообразный тяжеленный спасательный плотик, чтобы потом по перекинутым доскам подать его на корабль.

Жмайло, Шайдулин и два однопризывника, которые гордились перед новеньким своим высоким положением, смело покрикивали.

– Шевелись… «кагасня»… Чего вы телитесь?! – подгонял Жмайло, будто рожден был работать надсмотрщиком, в любую минуту готовый оскорбить или выругаться матерно, большой охотник поизмываться над слабыми.

– А возьми и помоги им, – пошутил сосед, мерзко хихикнув. Жмайло задрал нос.

– Хватит… я уже «кагасем» нагаботался… – отмерил надменно. – Шифга, а ну пошеве-еливайся! – подстегнул Жмайло, недовольный медлительностью. – «Шланг»… если ты и дальше так будешь габотать, то, догогой мой, будешь иметь много непгиятностей. Это я тебе точно обещаю. Кто-кто, но я слов на ветер не бгосаю.

На его придирки товарищи только посмеивались.

Приученный к труду, Александр получал удовольствие от работы, но под взглядами праздных, веселящихся недоумков не мог чувствовать себя нормально.

На палубе появился скучающий дежурный офицер, подошел к веселой компании, кинул взгляд на «карасей».

– Как всегда, работают одни и те же! – воскликнул устало и беспомощно. – А вы что?

– Что, что?.. – перекривил дерзко лицо один из матросов.

– Мы уже свое «по карасне» отработали, – заявил другой, еще три месяца назад боявшийся пикнуть перед старшим по службе, а тем более старшим по званию.

– Как же вам не стыдно! Четверо ваших товарищей работают, а вы стоите, держите руки в карманах, – начал поучать дежурный. – Надо разобраться еще, где все остальные.

– Они нам не товарищи, – грубо заметил Шайдулин.

– «Кагась» не может быть товагищем, – продолжил надменно Жмайло. – Его дело габотать… Мы за них не отвечаем.