Мифы и реальность

Наручень пышный стягивал запястье,

А на дорогу из военной снасти

Был меч и щит и на боку кинжал;

На шее еле серебром мерцал,

Зеленой перевязью скрыт от взора,

Истертый лик святого Христофора[39 - Образок св. Христофора, патрона лесников, амулет, ограждающий от опасностей на охоте.].

Висел на перевязи турий рог —

Был лесником, должно быть, тот стрелок»[40 - Дж. Чосер. Кентерберийские рассказы. Общий пролог.].

Главный псарь подвел большую белую борзую и герцог, потрепав любимую собаку за загривок, подал команду: «Вперед, отпускай!».

И понеслось…

Вначале казалось, что травля не продлится долго. Собаки взяли след – одно время даже видно было, как мелькает среди деревьев серо-черная спина кабана, но достигнув большой поляны, с родником меж вывороченных дубов, гончие вдруг остановились – потеряли след. Белая же борзая юлой завертелась на месте, а потом села и жалобно заскулила.

Два брата довольно далеко оторвались от всей свиты и первыми выскочили на поляну к роднику.

Пришпорив коня, герцог влетел в темную гущу леса, настиг вепря, и изо всех сил воткнул острую рогатину в бок зверя. Подскакавший следом Иоганн неожиданно выхватил меч и нанес несколько мощных ударов герцогу, выбив его из стремян.

И охота прекратилась – хоть и ясный разгорелся день, и воздух был чист и свеж, как поцелуй ребенка…

Эхо

Никто его не видывал,

А слышать – всякий слыхивал,

Без тела, а живет оно,

Без языка – кричит.

    Н. НекрасовНекрасов. Кому на Руси жить хорошо.

Всем известен древнегреческий миф о нимфе Эхо, которую прокляла жена верховного бога греческого пантеона Зевса – Гера. Эхо заболтала Геру, отвлекла ее, когда Зевс изменял жене с нимфами. И это повлекло за собой печальные последствия.

О болтливости когда-то хорошо написал Джеффри Чосер в Кентерберийских рассказах:

«Господь, во благости своей,

Язык огородил у всех людей

Забором плотным из зубов и губ,

Чтоб человек, как бы он ни был глуп,

Пред тем, как говорить, мог поразмыслить

И беды всевозможные исчислить,

Которые болтливость навлекла…»[41 - Дж.

Итак, по воле Геры, Эхо была лишена собственного голоса и не могла начинать разговор первой. Более того, она могла лишь повторять последние слова заговорившего с ней.