Два брата

Дьяк сурово выведывал у Ильи имена зачинщиков и цель мятежа, но простодушный парень ничего не знал. Он пошел за старшими товарищами, считая, что происходит обычное передвижение полков.

– Мне приказали, и я был вместе со всеми, – угрюмо твердил Илья.

– Ха, малютка! – ухмыльнулся Мануйлов. – Вымахал под потолок, а чужим умом живешь.

– Мне и всего-то семнадцатый год, – возразил Илья, – а в стрельцах я четыре месяца.

Дьяк удивился:

– Ну, тогда и вовсе тебе не след было соваться в эту заваруху.

Прознав про бунт, пришел бы к торопецкому воеводе да все и обсказал. Мы б тебя наградили!

– В доносчиках не ходил и ходить не буду! – пылко крикнул Илья.

– О, да ты вон каков звереныш! А ну, подвесьте молодца на дыбу!

Хрустнули вывернутые суставы, нестерпимая боль разлилась по всему телу… Илья потерял сознание. Но, и очнувшись, Марков не дал требуемых от него показаний. Илью увели в колодничью избу, куда были заключены стрельцы чубаровского полка.

– Плохо дело, – говорили Илье товарищи.

 – Ладно уж мы: знали, на что шли. А ты безвинно попал. Утечь бы тебе…

– А как утечешь из-под решеток да от стражи?

– Дождись своей очереди, когда поведут в лес дрова рубить для кухни.

И Марков дождался. Повел его пожилой солдат Григорий Псарев.

До полудня парень рубил и колол дрова под неусыпным присмотром караульщика. А потом, когда солдат разомлел от жары и глаза его начал смыкать сон, Илья прыгнул за дерево, которое подрубал, и понесся по лесу.

Псарев схватился за заряженную фузею, прицелился… Выстрел! Пуля прожужжала мимо Илюхиной щеки, он почувствовал ее горячее дуновение.

– Стой, стой! – кричал солдат. – Застрелю!

Но Илья знал, что зарядить фузею – длинная история. Сообразил это и солдат. Отбросив бесполезное ружье, он ринулся за быстроногим беглецом…

Григорий Псарев подобрал шапку и кафтан беглеца, разыскал фузею и вернулся в Преображенское. За небрежение солдат был нещадно бит батогами.

Через несколько часов после бегства Ильи на двор Марковых нагрянул подьячий с солдатами.

В поисках «утеклеца» все было перерыто и перешарено, но Ульяна Андреевна и Аграфена целовали крест в том, что не видели Ильи с самого того дня, когда его услали в полк. Допрос соседей показал, что женщины не лгут, и их оставили в покое, пригрозив строжайшими карами за укрывательство бунтовщика, если он появится в слободе.

Глава II. Акинфий Куликов

Илья Марков раздувал костер.