С нами – только ветер

Кевларовый броник – это, все-таки вещь. Пропустит «навылет» в тех местах, которые неопасны для жизни, и в которых нет жизненно важных органов. Да и не стесняет движения при беге и борьбе. Черт, только бы дотянуть… Мы все-таки выкрали его! Ну, рот на всякий случай зажали кляпом, чтоб не визжал, и не запорол операцию. Иван Бахметьев являлся ученым-атомщиком. Что-то он там такое открыл, что нам, простым смертным неведомо. И вот за это «нечто» пакистанцы решили его украсть, изобретение присвоить, и заставить его работать на себя.

Ну вот, за периметр охранной зоны уже выскочили! Вон там – поляна, с которой заберет нас вертолет. До него осталось около двух минут – как раз успеваем! Черт, плывет в глазах, видно, много крови потерял. Ну, это еще терпимо, по крайней мере, хорошо, что туда не засел осколок! Двоих наших – Викстона и Прайетта – ранило именно ими – разорвалась осколочная граната. Оба были в брониках, но одного «приложило» в руку, а другого в ногу. Посекло Прайетта порядком, но крупные сосуды были не задеты, бежать он мог наравне со всеми.

Сзади наседал еще отряд «бородатых». Воины Аллаха, будь они неладны. Все, как один, с бородами, в камуфляжной форме, в платках-банданах на голове. Те, которые помоложе – с жиденькими бородками, те, которые постарше и поматерей – с окладистыми густыми бородами, как у афганских ваххабитов. Впрочем, пакистанские ваххабиты, или, как там их правильно называть, ничем не лучше. Они рассеялись, и на бегу открыли огонь. Будь они более опытными, сразу бы сообразили, что в данных условиях лучше вести огонь не на бегу, а лежа, рассредоточившись, и найдя укрытия на местности – это в идеале, в крайнем случае – стоя, в упор, с колена.

Видимо, серьезной подготовки у них не было, и Викстон, присев на колено, и создав упор, забросил на плечо гранатомет с осколочными гранатами. Из широченного ствола назад вырвалось облако огня и дыма, а вперед – светящаяся молния полетела в направлении преследователей. Те, по-моему, даже онеметь не успели. Все закончилось в один миг, и нашей посадке в вертолет, казалось, уже никто не мог помешать.

Вот уже послышался рокот и свист лопастей, заклубилась пыль на площадке, распахнулась узкая дверь. Рассеявшись, мы один за одним побежали внутрь. Двое бойцов с захваченным ученым держалась в середине, а замыкал группу автоматчик Бридлав, прикрывая всех со стороны возможных преследователей.

– Ну, все, кажется успели! Ты как, Брайан? – спросил я у бойца, раненного в руку.

– Нормально.