Святополк Окаянный

Ибо молчание золото, особенно в разговоре с Великим князем.

Владимир обратил внимание на молчание пасынка.

– А ты чего молчишь, или с утра не в настроении?

Святополк уважительно проговорил:

– Прости, отец, но я приучен слушать старших и уважать отца своего.

– Правильно тебя воевода Свенельд наставляет, – хмыкнул Владимир и одобрительно проговорил: – Свенельд – сильный старик. Моего отца закалка. И верный он…

На этом Владимир замолчал, так как ему некстати вспомнилось, как Свенельд яростно защищал Ярополка.

Но вспоминать об этом было ни к чему. Видно, Святополк будет и дальше молчать, а чрезмерно обижать пока его не стоит. Ведет себя скромно, и этого достаточно.

Святополк вежливо поддержал разговор:

– Свенельд низко кланяется тебе, отец. Он мне много помогает. Он верный друг.

Владимир вспомнил, что Свенельд, не скрывая, говорил, что Владимир не достоин великокняжеского звания, и потому не любил его. Святополк лгал, – строптивый воевода не стал бы передавать поклоны Владимиру.

Святополк лгал, но другого он не мог и не имел права говорить.

Владимир сделал вид, что спохватился.

– А ты чего не ешь, сын? – заботливо спросил он и обвел стол широким жестом руки. – Наливай молока, бери пироги. А если хочешь что другого, говори. Я велю – принесут.

– Спасибо отец, – скромно потупив взгляд, проговорил Святополк. – Я малым довольствуюсь. Вино не пью.

Святополк налил в ближайшую чашу молоко и отломил небольшой кусочек пирога. Пирог оказался с рыбой.

Владимир вспомнил, что Святополк отказался смотреть на пляски голых девок, и хмыкнув в уме, – монах! – бросил на пасынка пытливый взгляд и спросил:

– А ты случайно в монахи не собираешься?

– Нет, отец, – смиренно ответил Святополк, пряча глаза и откусывая от пирога совсем маленький кусочек.

 – Я – князь, Божьей и твоей волей. Но будет ли другая воля, твоя… или Бога… я ее исполню.

– Понятно, – проговорил Владимир и стал пить молоко из серебряного стакана большими глотками. Допив молоко, он отодвинул стакан в сторону и, странно посматривая в сторону, спросил:

– Скажи, Святополк не беспокоит ли твои земли польский король Болеслав?

Святополк машинально проследил за взглядом Владимира.

В темном углу под небольшой греческой иконой трепетал чуть живым цветочным лепестком красный огонек лампады. По освещенному слабым светом лицу стекали красные кровяные потоки.

Король польский Болеслав сосед беспокойный, у него ко всем соседям претензии.