Святополк Окаянный

Наконец придя в себя, Ант толкнул в бок зазевавшегося на девку молодого парня и сторожко предупредил:

– Ты на нее не засматривайся. Князь голову оторвет…

Воик замер с открытым ртом, из уголка которого на подбородок текла тонкая струйка молочно-белой слюны.

– Ан хоть и здоров, а телок еще неразумный! – догадался усмешливо Ант и добавил ледяным пугающим шепотом: – Потому что девка не простая – княжеская любовница она.

Неразумный Воик глупо усомнился:

– Так князь же еще молод?

Ант с многозначительным намеком хрюкнул:

– Кху-кху.

Ант, не договорив до конца, девка была уже совсем близко, многозначительно замолчал.

Воик догадался, о ком идет речь.

– Так это девка великого… – начал он глупо, сообразив, что Ант ведет речь о князе киевском Владимире.

Это правда, Владимир погряз в скверных похотных желаниях. Но Великий киевский князь гневлив и повсюду имеет свои глаза и уши, и трепать его имя попусту себе дороже. А если девка пожалуется… И особенно в неподходящий момент…

Ант, испугавшись, что глупый неопытный молодец вслух сболтнет то, что не надо, и девица услышит его, грубо прервал его:

– Молчи, дурак! Не наше это дело.

Между тем девица, подойдя к сторожам, поклонилась и весело поздоровалась:

– Будьте здравы, добры воины.

Девица часто встречала старого привратника на воротах и иногда одаривала его добрым словом. Знала ли она его имя, – неизвестно, а спрашивать ее имя Ант опасался, – долго живет тот, кто любопытство свое умеряет.

В ответ Ант уважительно поклонился и ласково и осторожно, как будто он говорил с пугливой кошкой, погладил ее взглядом и словом:

– И ты здравствуй, красна девица! Цветешь, как весенний мак.

Заметив краем глаза, что глупый Воик и не подумал склонить головы, Ант как бы нечаянно задел его дурную голову тупым концом копья.

Воик, получив удар по загривку, быстро склонил голову.

Девица, заметив, что произошло, звонко рассмеялась, как журчащий быстрый ручеек в жаркий летний день, и, не задерживаясь, продолжила свой путь дальше по своим делам.

Воик, потирая покрасневшее место на шее, которое задел древком Ант, мотнул головой и восторженно отметил вслед красавице:

– Хороша девка. На лицо красна; черная коса в руку, а идет, будто лебедь плывет.

– Ну и дурак же ты, Воик, – с безнадежным вздохом заметил размягчившийся Ант. – Кто ленится лишний раз нагнуть голову, тот непременно ее разобьет.