Мстислав Храбрый

Ему было четырнадцать лет, однако тяжелая работа в кузнице физически развила его, он был высок, широк в плечах и приятен лицом. Волосы черные, мелкими завитками. Лицо, то ли в отца, то ли от копоти, имело коричневый оттенок.

Своим обликом он сильно выделялся среди окружающих, чем привлекал любопытство женской части населения.

В кузнице он исполнял подсобную работу – качал меха, носил уголь, воду.

Сейчас он убирался. Братья работу закончили и ушли в баню, чтобы вымыться перед ужином.

Тишка должен был подготовить кузню к следующему дню.

За этим занятием его застал Первинок.

Первинок совсем мальчишка – ему десять лет. Он невысок. Очень худой. От худобы лицо остренькое.

Одежда его проста – старые холщовые штаны и рубаха – заплата на заплате. Первинок прячет в шляпе иглу и нитку, и когда от старости на одежде появляется очередная прореха, он ее зашивает.

На ногах у мальчика лапти.

Через плечо сумка. В ней кусок хлеба и жалейка. С сумкой Первинок никогда не расстается.

Мальчика звали Первинком не зря.

Барвинок-первинок – это кустарник, цветущий крупными синими цветами.

Первинок отличается удивительной прочностью и живучестью. Он живет, пока есть хоть капля воды, но и когда кажется, что он умер, стоит плеснуть немного воды, и он снова расцветет.

Он рано распускается весной, но мало кто обращает на него внимание.

По преданию, цветок пожаловался на свою участь богине жизни и плодородия Живе, и та подарила ему цветы крупнее, а жизнь дольше, чем у фиалки, и дала скромному вестнику весны имя Первинок – победитель.

В деревне у Первинка нет ни родных, ни своего двора. Он живет в деревне, словно бродячий щенок.

Никому не известно, откуда он появился, кто его родители и куда они делись. Сердобольные бабы пытались его расспрашивать, но он ничего не помнил, а может, и притворялся, что ничего не помнит, не желая вспоминать печальные изломы судьбы.

Первинок жил тем, что пас деревенское стадо, а потому лето проводил на пастбище. Зимой он жил во дворах по очереди.

Тишка дружил с Первинком и зимой пускал его ночевать в кузню, где всегда было тепло от жара в горне и горячего металла.

Войдя в кузницу, Первинок прислонился к косяку.

– Тиш, а Тиш? Ты еще долго будешь убираться? – поинтересовался он.

– Недолго, – отозвался Тишка. – Огонь только потушу.