Страсть и бомба Лаврентия Берии

Как представил его Меркулов, бывший буддистский монах, крупный знаток восточных текстов. Второй – носатый, с бегающими глазами. Научный эксперт. Заведующий какой-то лабораторией в одном из секретных НИИ, которые в немалых количествах плодились вокруг НКВД.

Состоялось небольшое странное совещание.

Первым выступил буддист, знаток древних манускриптов и индийских текстов, повествующих об окружении богов. Его выступление изобиловало разными специфическими словечками, и в основном он пересказывал присутствующим отрывки из древних текстов в современном переводе, сопровождая их мантрами.

Берии, судя по всему, этот «шут гороховый» активно не понравился, но он терпеливо слушал «шамана», стараясь в этом длинном словесном речитативе уловить то, зачем позвали этого странного человека. Из того, что тот поведал, запомнилось ему немного. В частности, воздушные суда, похожие на «лазоревые облака в форме яйца или особого светящегося шара», кои приводились в движение эфирной силой, ударявшей в землю при взлете или посредством вибрации, исходящей из неведомой силы».

А также «они издавали нежные и мелодичные звуки», излучали «свечение, подобное огню», а их траектория была непрямой, но казалась как бы «длинной волнистой линией», приближающей или удаляющей их от Земли».

Присутствующие было совсем заскучали, когда адепт расписывал качества летательных аппаратов – виман, но слегка оживились, когда бритый перешел к описанию последствий воздействия оружия массового поражения из трактата «Маусалапарва»:

«Это неизвестное оружие, железная молния, гигантский посланец смерти, превратило в пепел все племя вришниев и алдхаков.

Обугленные трупы даже невозможно было опознать. Волосы и ногти выпадали, горшки разбивались без видимой причины, птицы становились белыми. Через несколько часов вся пища становилась ядовитой…»

И далее: «Пукара, летая на борту виманы высокой мощности, бросил на тройной город только один снаряд, заряженный силой Вселенной… Раскаленный добела храм, похожий на десять тысяч солнц, поднялся в его сиянии!

…Когда вимана приземлилась, она оказалась сверкающей глыбой сурьмы, опустившейся на землю».

Дослушав выступающего, Лаврентий Павлович не стал даже задавать вопросы. Для него и так было ясно, что в древних текстах речь идет об оружии, которое воссоздать сегодня не представляется возможным. Слишком все это было общо и туманно.

Поэтому он, не тратя времени зря, предложил заслушать следующего докладчика, представителя спецотдела НКВД.