Страсть и бомба Лаврентия Берии

Немецкие специалисты продвинулись в области изучения скрытых возможностей человеческого организма и психики, а также в области так называемой «расовой гигиены, биологии и расовой инженерии»…»

– Ну и немцы! Всерьез хотят вывести новую породу людей! – воскликнул, оторвавшись от бумаги, Берия. – Ну да! В своей работе «Майн кампф» Гитлер, проанализировав, со своей точки зрения, расовые проблемы в Европе, определил, какие народы относятся к арийским, условно говоря, чистым, а какие – нет. Немцев, северные народы Европы он, так сказать, отнес к высшей расе.

Кого-то – французов, итальянцев – к слегка подпорченным. О евреях и говорить нечего…

– Ну а русские… – Меркулов не успел продолжить мысль.

– «Унтерменш»… «недочеловеки»! А ведь у нас с ними едва ли не дружба была. Это, конечно, вынужденная дружба. После Первой мировой мы с ними были вынуждены «дружить»… У нас, по-моему, даже есть какой-то договор между конторами?

– Да, есть. Называется «Генеральное соглашение о сотрудничестве, взаимопомощи, совместной деятельности между Главным управлением государственной безопасности НКВД СССР и Главным управлением безопасности Национал-социалистической рабочей партии Германии (гестапо)».

Подписано в ноябре 1938 года. Пункт 1 параграфа 6 соглашения гласит: «Стороны будут способствовать расширению и углублению сотрудничества между нашими странами в области сокровенных тайн, теозоологии, теософии, паранормальных и аномальных явлений, влияющих на социальные процессы и внутреннюю жизнь государств».

– Ну и память у тебя, Меркулыч! Тебе бы со сцены выступать, как этому… как его?

– Мессингу?

– Во-во! Чтение мыслей! Предсказания будущего! Кстати говоря, мы с немцами в этом похожи.

– В чем, Лаврентий Павлович?

– Ну, мы тоже куем нового советского человека. Человека коммунистического. И по-моему, у нас неплохо получается. С его воспитанием. Особенно в лагерях… – И Берия засмеялся.

Меркулов тоже несколько раз хмыкнул в унисон шефу, хотя, судя по всему, так и не понял до конца черный юмор наркома.

А тот уже снова, насадив пенсне на нос, слегка щурясь, читал докладную Савельева.

«Известный в этой области ученый рейха Вернер Гирше, с которым я имел несколько продолжительных бесед, представил меня германскому ученому, обретшему мировое имя, – Гансу Гюнтеру. Гюнтер сообщил мне, что самое пристальное внимание большинства «направлений» в исследовательской деятельности ведущих ученых рейха сегодня обращено в Тибет.