В пасти дракона

 – Ну его! Так трусить, всю душу вымотаешь, а не токмо что… Пусть убирается куда хочет!

Зинченко всё ещё колебался.

– Лучше бы представить! – говорил он. – Покойнее было бы.

– Понадобится – найдём! Не в Артуре, так в Дальнем… Найдём!

Васюхнов так убедительно уговаривал товарища бросить китайца и поспешить в казармы, что тот наконец сдался.

– Эй ты, длиннокосый, – крикнул он китайцу. – За компанию благодарствуйте, а только больше мы тебе не товарищи! Иди на все четыре стороны, да смотри не бунтуй! Этого самого никак не моги, веди себя с благонравием, тихохонько, а не то… понимаешь?.

Жест опять был понятный и без словесных пояснений. В ответ на него китаец принялся отвешивать нижайшие поклоны, сопровождая их подобострастными улыбками. Лицо его при этом выражало такое унижение, что оба сибиряка не могли сдержаться и залились громким хохотом.

– Ишь, заячья душа! – воскликнул Васюхнов. – Как-никак, а ежели нагайку показать – всё до капли поймёт.

Они тронули поводья и с гиком понеслись вперёд по направлению к Порт-Артуру.

Отъехав несколько, Зинченко оглянулся. Китаец прежнею трусцою следовал по дороге за ними.

– И впрямь мирной, – сказал совершенно успокоившийся казак. – О таком можно и по начальству не докладывать!

– Беспокоить нечего, много их таких шляется здесь! – согласился Васюхнов.

Но когда казаки совсем скрылись из вида, их недавний пленник вдруг изменился. Он весь выпрямился в седле, маленькие чёрные глаза его так и засверкали. На лице отразилась ужасная злоба.

– Проклятые дьяволы! – чуть не закричал он, грозя вслед казакам кулаком. – Скоро мы сосчитаемся со всеми вами, скоро выметем вас всех отсюда… Когда бы вы только знали, какую весть несёт сюда посланник Дракона…

Он засмеялся неприятным хихикающим смехом…

2.

Дракон у китайцев – это альфа и омега всей их жизни, хотя он и не что иное, как создание богатой фантазии сынов Поднебесной империи. Однако это вовсе не божество в общепринятом значении этого слова. Далеко нет. Дракон в том смысле, как понимает его китаец, какой бы то ни было – богдыхан, высший сановник или последний кули, – это олицетворение понятия о высоком, возвышенном, всесовершенном.