Вижу войну глазами деда

Приходится опираться только на скупые рассказы прабабушки, собирать крохи тяжёлых воспоминаний, которыми делились дедушка и бабушка.

Предки мои были старообрядцами из Самарской губернии. Помню, как об этом рассказывала моя прабабушка – Анна Игнатьевна:

«Ковановы раньше жили в Самарской губернии. Ни уезда, ни волости не помню. И деревня называлась то ли Кузиха, то ли Пузиха. Как-то так. После отмены крепостного права на старообрядцев-кержаков начались притеснения со стороны церкви и местных жителей. При разделе земли кержакам нарезали земельные паи вдвое меньше, чем другим крестьянам.

Недовольны все были, конечно, но помалкивали да молились о том, кабы и последнее не отняли. Местные им так и говорили: «Отрекайтесь от старой веры, кайтесь в грехах и принимайте веру настоящую. Хотите больше земли? Выкупайте по полной стоимости». Только родители наши крепки были в вере отеческой. Хоть и жили небогато, но от своей веры не отреклись.

А там ещё недород и голод пошли из года в год. То дожди проливные, то засуха, то заморозки в начале лета.

Мама моя рассказывала, что в нашей семье троих деток похоронили. И сами еле-еле ноги волочили. Сеяли хлеб, а урожай был с гулькин нос. Глядишь, вроде бы в удачный год в силу семья входит. А потом снова, два-три года – мука смертная.

Вот и порешили главы наших семей – Павел Алекеевич Кованов и Игнат Матвеевич Тришечкин – в Сибирь кочевать. За лучшей долей, стало быть. По весне собрали обоз в шесть телег. А местные да окрестные кержаки как прознали про это дело, так проситься стали вместе с нами.

Больше народу пойдёт – безопаснее будет. Как ни крути, а по каторжанским дорогам должен был путь идти. А там всякого люду полно: и беглые, и разбойники, и казахи-озорники. Всяк старался и купца богатого пощипать и у переселенца бедного последнее отнять.

Пока собирались, время теряли. Всё завтра да послезавтра. Так до июля месяца и дособирались. Родители уже были готовы на следующий год отложить этот поход, но их уговаривать стали да поторапливать.

В итоге поехало в Сибирь 18 семей. Обоз растянулся на 76 телег со скарбом, одеждой, зерном, инструментом. И оружие, конечно, при себе было. Ружей было маловато. Понаделали мужики пик, луков со стрелами, да и топоры с вилами всегда наготове были.

Дорога в Сибирь продлилась около года. Много людей не выдержало этого испытания и повернули вспять. Кто-то в битвах с разбойниками и уральскими казаками погиб. Дети от болезней и холода умирали.