Русская революция. 1917

В тот момент он стал в стране органом высшей власти, который возглавлял председатель Родзянко.

По-моему, в начале четвертого кто-то попросил меня найти в Таврическом дворце место для проведения совещания Совета солдатских депутатов. С согласия Думы им предоставили 13-й зал, где прежде собиралась бюджетная комиссия. Совет сразу же приступил к работе по организации пролетариата и Петроградского гарнизона. Кроме того, мы с Чхеидзе подписали разрешение на выпуск первой революционной газеты, «Бюллетеня думских сообщений», поскольку все городские издательства бастовали и лишенная газет столица не имела точных сведений о происходящем.

Помню, подписывая, я не удержался от смеха.

– Чему смеетесь, Александр Федорович? – спросил один репортер. – Разве не знаете, что в данный момент вы всемогущи в России?

Что ж, приятно было это слышать.

Несколько позже (кажется, около четырех), когда Временный комитет заседал в кабинете Родзянко, мне сообщили о доставке в Думу арестованного Щегловитова. Новость произвела сильное впечатление на депутатов и публику.

Всесильный имперский сановник Щегловитов под арестом! Депутаты пришли в сильное возбуждение. Умеренные обратились к Родзянко с просьбой отменить арест.

– Мы требуем, чтобы его отпустили, – настаивали они. – Даже Государственной думе непозволительно арестовывать председателя Государственного совета. Где же неприкосновенность представителей законодательной власти?

Бросились ко мне. Я ответил, что не могу освободить Щегловитова.

– Как, – раздался негодующий крик, – неужели вам хочется превратить Думу в тюрьму?

От подобного аргумента нелегко отмахнуться, но что было делать? Освобождение Щегловитова толкнуло бы разъяренную толпу на самосуд и вдобавок внушило бы массам глубокую враждебность к Думе.

Короче, это было невозможно, это было бы чистым безумием.

Я пошел повидать арестованного, обнаружив его в окружении спешно набранной охраны и некоторых уважаемых официальных лиц. Тут подоспел Родзянко с несколькими депутатами.

У меня на глазах он весьма дружелюбно приветствовал Щегловитова и пригласил, как «гостя», к себе в кабинет. Я вмешался, обратившись к нему:

– Нет, Михаил Владимирович, господин Щегловитов здесь не гость, я не освобождаю его. – Потом повернулся к председателю Государственного совета и спросил: – Вы Иван Григорьевич Щегловитов?

– Да.

– В таком случае прошу вас следовать за мной. Вы арестованы. Ничего не бойтесь, я лично гарантирую вам безопасность.