Нет злых и добрых

Почти сразу же он почувствовал, что на него кто-то смотрит. Достав один из ножей и крепко сжав его в кулаке, Милош крикнул:

– Кто бы ты ни был, иди своей дорогой!

Никто ему не ответил. Тогда он пошёл к дому, внимательно вслушиваясь в окружающий шум. Где-то залаяла собака. Милош послал ей проклятие, её лай мог заглушить звуки приближающихся шагов. Пёс, видимо посочувствовав его положению, быстро заткнулся.

Откуда грабителям было знать, что Милош обладает очень чутким слухом. «Трое, один впереди, двое по сторонам» – распознал он, как к нему пытаются подкрасться.

Нужно было ещё раз попробовать избежать схватки. Или хотя бы выиграть время, глаза ещё не привыкли к полному отсутствию света.

– Идите своей дорогой, а я пойду своей! – Крикнул в темноту Милош, но ответа вновь не последовало.

Дураки, всегда дураки. Первым, воинственно закричав, на него бросился тот, что был перед ним. Угрожающий крик быстро превратился в жалобный стон, когда Милош бросил нож в едва различимый во тьме силуэт.

«Попал, не убить бы». Он не любил убийства и всегда пытался их избегать. Даже когда имел дело с теми, кого другие сочли бы недостойными жить.

– Идите своей дорогой, у меня есть ещё, хватит на всех, – Милош всё ещё пытался избежать драки, но вытащил второй нож.

Оставшиеся грабители задумались. Шорох их шагов стих. Наконец тот, что был справа начал удаляться, решив, что сегодня велик риск самому стать жертвой. Тот же, что был слева, больше не таился.

– Думаешь, я испугаюсь этой маленькой штучки? – раздался из темноты его голос.

Грабитель начал приближаться, тяжело шагая.

Милош хотел ответить, что всё зависит от того, как ты умеешь пользоваться оружием, но решил промолчать. Он понял, что зря, когда различил силуэт противника, такого неплохо было бы разозлить. Косая сажень в плечах, ростом выше Милоша на две головы, а может и на три. «Этакой орясине тяжело, наверное, было передвигаться крадучись. Милош знал только одного человека с похожими размерами и тот охранял Его Святейшество Шентвежа Бенедека III

– Если отдашь то, что висит у тебя на поясе, то я дам тебе уйти.

Сломаю, правда, одну ногу, за моего друга, – предупредил разбойник, небрежно помахивая большой дубиной. Говорил он с длинными паузами, будто слова очень медленно возникали в его голове.

– Боюсь, мне нужны обе ноги. А то, что висит на поясе просто необходимо…

– Это правильно, что боишься, – перебил противник. – А то, что не хочешь делиться – неправильно.