Нет злых и добрых

– Это ещё почему? – удивлённо спросил Элемер.

Драгомир проклял себя за длинный язык, но понимая, что без ответа на этот вопрос дальше беседу вести будет сложно, пояснил:

– Сегодня ночью слишком много детей осталось без родителей.

– Так она ведь не берёт на работу малолетних, – не понял смысла слов Кайдум. А затем мечтательно добавил. – А жаль…

– Я тебя сейчас прямо здесь лично кастрирую, степное животное. – Ледяным тоном предупредил мансурца Драгомир.

– Шутка, пан, шутка, – начал оправдываться Кайдум.

– Так почему хлопот прибавится? – вернул в прежнее русло беседу витязь.

– Потому что кроме борделя у Марты есть ещё одно заведение. Приют для обездоленных сирот.

– Ах да, я слышал! – Воскликнул Элемер. – Только не понимаю, что это.

– Марта предоставила дом, недалеко от города, доставшийся ей от матери, для детей, потерявших родителей. Там за ними наблюдают, учат грамоте.

– Зачем? – изумился витязь, он искренне не понимал смысла такого начинания.

– Блажь у неё такая. А мы: я, Томаш, Стефан и ещё другие, помогаем ей деньгами, провизией, вещами.

Тут подал голос, не вмешивавшийся до этого в разговор Раду, как всегда недовольный:

– Нет, ну с Томашем понятно всё. А у тебя лишних денег много что ли? Лучше бы нам жалованье поднял.

Тилиец иногда заставлял Драгомира пожалеть, что он позволил людям говорить с ним как с равным. И если остальные держали дистанцию, то разбойник казалось забывал, кто спас его никчёмную жизнь.

– Мои деньги это последнее, что должно тебя интересовать, Раду, – ледяным тоном ответил он тилийцу. – А чтобы всем стало понятнее, я вам сейчас объясню. – Ты же рос без родителей?

– Да, – немного подумав, ответил разбойник. – Лет с десяти.

– А будь у тебя родители, они бы тебе объяснили, что грабить купцов на большой дороге – нехорошо. Вот у Марты в заведении детям дают шанс на другую судьбу.

Раду хмыкнул.

– Мои бы не объяснили. Их же за грабёж и повесили.

– И мать? – уточнил Драгомир.

– Её в первую очередь. Она у нас всем заправляла.

Драгомир выругался, но нашёлся с ответом.

– Вот представьте, что Марта – это как мать Раду, только ведёт не к насилию, а к добру и знаниям.

Судя по лицам, из объяснений они усвоили одно. Какой-то там приют: просто блажь хозяйки борделя. Пусть чем хочет занимается, лишь бы их «У русалки» привечали.