Нет злых и добрых

О том, что они ослушаются и будут подслушивать, она не переживала. О таком неповиновении не могло быть и речи.

– Ты о чём? – с искренним удивлением в голосе спросил отец. Он искренне не понимал причин недовольства жены. – Представь себе, что мы с тобой будем владеть Ужицем. Тем самым замком, рядом с которым выросли. Могли ли мы о таком мечтать?

– Я и так получила гораздо больше, чем мечтала. Но всему есть предел, Сашко. Чем выше взлетаешь, тем ближе оказываешься к гибели. Тем более разве ты не понимаешь, почему тебе предложили это место? Сколько тебе должна казна? – Она не остановилась, – Что нам Ужиц? Не думаю, что его владельцы встретят нас хлебом солью.

Как бы не так! Нам придётся отбить этот щедрый подарок короны у Бориса Тасева.

Отец, ошарашенный тем, что мама не разделяет его радости, ответил резким тоном:

– Ты думаешь, я настолько глуп, что не задал этих же вопросов боярину Пламену? Это не все выгоды, что я получил за согласие.

– А ты думаешь другие члены совета будут считать тебя ровней? – Емилия тоже перестала себя сдерживать и перешла на крик.

Росену хотелось оказаться как можно дальше от родного дома. Он и вспомнить не мог, когда мама последний раз кричала. Ей это было не нужно. Все жители усадьбы и без этого беспрекословно ей подчинялись, зная, что она может быть суровой, но всегда остаётся справедливой. – У них за плечами толпа благородных предков, а мы всё равно будем для них недостойными выскочками.

– Их время уходит. Пламен… – хотел возразить Сашко, но ещё одна неожиданно, такого раньше не бывало, мама его перебила.

– Пламен то, Пламен это… Младов исключение из правил. Ему необходимо видеть дальше остальных. А то, что их время уходит, заставит только крепче цепляться за традиции.

Лицо отца приняло каменное выражение. Он долго молчал, а Росен радовался воцарившейся в зале тишине.

– Пусть так. Плевать. Зато наши внуки смогут стать им ровней.

Мама не ответила. Она молча направилась к выходу. Только перед тем, как закрыть за собой дверь, Емилия Андронова развернулась и с иронией в голосе произнесла:

– Боярин Андронов, разрешите откланяться.

Сильно хлопнув дверью, она оставила Росена наедине с отцом. На Сашко было жалко смотреть, казалось, в одночасье рухнули все его надежды. За поддержкой он обратился к Росену:

– Хоть ты одобряешь моё решение?

– Конечно, отец. – Он и сам надеялся выслужить себе благородное звание. Теперь же, сможет получить его просто так.