Нет злых и добрых

Кайдум был захвачен во время налёта мансурцев витязями ордена Чёрных щитов. Его, вместе с несколькими другими пленниками отправили в Каармант, чтобы развлечь местных жителей казнями. Драгомир, собиравший тогда «убогую свиту» попросил помиловать одного из налётчиков. Шентвеж, в ответ на просьбу, рвал и метал. В какой-то момент ему показалось, что он скорее взойдёт к петле вместе с кочевниками, чем дарует одному из них свободу. Так был велик гнев Его Святейшества. Спасло Драгомира от этой участи только заступничество Давида Катени, старшего брата Стефана.

– И ты удивляешься, почему Шентвеж пытается отослать тебя подальше от Каарманта?

– Я не удивляюсь. Но не в Валькавские земли же. Кто-то по своей воле и в здравом уме согласен туда ехать, вообще? Эй, Бодрис, ты хочешь вернуться в Валькавские земли?

– Нет. – Ответил тот, а потом добавил. – Куда Драгомир, туда я. – Говорил он медленно, так что Стефан успел несколько раз перевести непонимающий взгляд с Бодриса на Драгомира и обратно.

– Что ты не договариваешь, Вирил?

– Через несколько дней пройдёт малый сейм.

– Я слышал.

– Твой отец сообщил, что мне вскоре предстоит куда-то уехать из Каарманта. А так как в этот момент вокруг него лежала гора книг и свитков о язычниках, то я сделал очевидный вывод. Так, что не переживай. В валькавских лесах и болотах тебя ждёт хорошая компания. И да, – пан Вирил обратился к валькавцу, поразмыслил и решил, что тебе лучше остаться в Каарманте. – Бодрис благодарно кивнул.

Теперь Стефан переждал, пока им доливали пиво.

– Да не в этом дело, Драгомир. Не хочу я тратить жизнь на то, чтобы нести людям истину Инвирита. Не желаю быть ни каносером, ни обычным, ни верховным, ни Шентвежем. Ты ведь знаешь, я сразу засыпаю, стоит мне начать читать какой-нибудь духовный труд.

– Та ещё тягомотина, – согласился Драгомир. А сын Его Святейшества продолжал:

– Я уже несколько лет старательно избегаю обязанностей каносера Тарницы. Благо, у меня там есть хороший помощник.

Драгомир слышал такие речи уже не впервые. Вот только по решению Бенедека III войска Шентвежа возглавлял старший сын – Давид.

– Вы кого-нибудь выбрали? – вместо ответа обратился он к своим людям, чтобы отделаться от набившей оскомину темы.

– Да, – сказал Кайдум. Бодрис просто кивнул.

– А деньги у вас есть?

– Нет, – сообщил мансурец. Валькавец покачал головой.